Я сбрасываю тени. Выходя из угла комнаты на всеобщее обозрение, я слегка машу рукой кошачьему королю. Он становится мертвенно-бледным.

— Яд Василиска парализует жертву при проникновении, со временем убивая ее, — бубнит Мейс, словно читает надгробную речь. — Однако при употреблении в микродозах он вводит жертву в состояние внушаемости. Соответственно, в больших дозах он погружает зверя в кататонический транс. Вы все еще слышите, все видите и чувствуете… но не можете шевельнуться, кроме как чтобы дышать и моргать. Через пару мгновений вы также не сможете формировать собственные мысли. По сути… — Мейс делает глубокий, удовлетворенный вдох. — Теперь вы принадлежите мне.

— Остальные этого не примут. — Абло борется с моим ядом, но речь дается ему с трудом. — Они восстанут против тебя. Тигры…

— Естественно, — перебивает Мейс. — Тибериус Клосон позаботится о тиграх. Что до остальных — именно поэтому мы сделаем громкое заявление. — Шарлотта возвращается в комнату с камерой и штативом. — Один за другим великие дома падут, — продолжает проповедовать Мейс. — И мир запомнит, что эти звери пали от моей руки. Высшего вида.

Чьей руки? Будто это не мой яд сделал всю работу.

— Высшего вида, — соглашаюсь я.

Мейс не отворачивается от происходящего:

— Вы знаете, что делать дальше, генерал.

Я низко кланяюсь, меняя обращение ради драматического эффекта:

— С удовольствием, Ваше Величество.

Глава 5

Аурелия

Должно быть, есть что-то в превращении в дракона, что дает девушке дерзость цисгендерного белого мужчины.

Прежняя версия меня могла бы разлететься на тысячу осколков или запереться в пещере под школой. Смешно, потому что я знаю: эти варианты все еще никуда не делись. Просто они больше не кажутся привлекательными.

Вернувшись в комнаты моей стаи, я шагаю взад-вперед по гостиной, пока моя лучшая подруга с драматизмом пересказывает события этого утра:

— И потом, — пищит Минни, зажав маркер для доски между пальцами, точно сигарету, — она такая: «Я не оговорилась, мистер Руфус».

— «Я не оговорилась!» — визжит Стейси, обхватив лицо обеими руками. — Охренеть!

Юджин издает кукареканье в знак согласия.

— В общем, — говорит Минни, стуча маркером по полноразмерной маркерной доске, которую Мардук с помощью левитации водрузил перед обеденным столом десять минут назад. — Нам нужен план действий по спасению. — Посередине она написала: ОПЕРАЦИЯ «КРОКО-КРАХ». — Шаг первый — разобраться, как разрушить заклятие с этой сменой Регин, которую провернула Коллекционерша. Мы связались с нашими знакомыми гиенами-ведьмами для консультации, — Минни ставит большую галочку напротив первого пункта. — Что у нас по этому поводу, любимый?

Мардук прокашливается и выпрямляется на стуле:

— Клан Дабу будет здесь через час.

— Отлично, — говорю я, кивком благодаря тигра. — Все, что создано, можно разрушить, верно?

Но, как выясняется, создание заклятий — штука куда более сложная, чем я думала. Когда прибывают Гиацинта Дабу и два ее истинных — хмурые и суровые, мы объясняем все произошедшее вплоть до распыления моей костной муки. На этой детали комната снова начинает дрожать, а боль прошивает ногу с новой силой. Я потираю бедро, направляя силу внутрь него, а не вовне.

Гиацинта вздыхает, разглядывая меня, и ее смуглое лицо выражает крайнюю обеспокоенность:

— Матриарх нашего ордена одновременно манипулятивна и точна. Я всегда знала, что она сильна, но с подобным еще никто не сталкивался.

Мой желудок скручивает:

— И что с того? Новые заклинания изобретаются постоянно. У нас есть формула. В ней должно быть и решение.

Но Гиацинта бросает на меня знающий взгляд:

— Это не змеиная магия, Лия. В ней нет письмен ядом, нет кода. Магия гиен всегда была… таинственной. Полной мифов, легенд и бабкиных сказок.

— И костной муки, — с отвращением бурчу я.

— Но, — Гиацинта встречается со мной взглядом, — всегда существовал один надежный способ снять заклятие.

Я поднимаюсь со стула, дым струится из моего носа, и до меня мгновенно доходит ее мысль. Гиацинта смотрит на меня со всей искренностью.

— Ты встанешь со мной плечом к плечу? — прямо спрашиваю я. — Или ты верна своему матриарху?

— Что происходит? — шепчет Стейси Сабрине.

Гиацинта пристально разглядывает меня:

— Это будет сложнее, чем ты думаешь. Многие пытались до тебя.

Сила собирается внутри меня, готовая вырваться наружу. Готовая к крови. Я делаю глубокий вдох, глядя в окно. Коса доверил мне свою империю. Он верит в мои решения. Я знаю этот мир так же хорошо, как и он. Знаю риски. Понимаю, где кроется сила. Где она кроется уже так долго.