— Его условия, Нова… к ним нельзя относиться легкомысленно.

Она и не ожидала ничего другого. Всё-таки речь шла о Теневом ассасине. Он действовал целеустремлённо, говорил предельно точно и никогда не произносил слов, которых не имел в виду. Оставалось лишь предполагать, что те же качества проявятся и во всех его переговорах.

— Это вполне понятно. — Новалис кивнула. — Что он предлагает нам?

— Сделку. — Ариесиан открыл глаза. Они были тёмными и измученными. — Защиту.

Защиту? Это казалось несколько чрезмерным. Новалис не разбиралась во всех политических тонкостях, касавшихся домов Эйрамира, но она знала, что они находятся в безопасности. Она знала, что Завеса защищает их от любых внешних угроз.

— Защиту от кого? — спросила Новалис, и Ариесиан бросил на неё усталый взгляд. — Дай угадаю, это не моё дело.

— Ты знаешь, как я отношусь к тому, чтобы ты участвовала в подобных тяжёлых разговорах.

— Во время чтения звёзд мне было дано предсказание, Ариесиан, и те созвездия, которые мне показали… — Она покачала головой, скрестив руки на груди. — Они не должны были находиться в таком расположении.

Он подался вперёд через стол, обеспокоенно приподняв бровь.

— Что ты увидела?

— Эйдес, Воин Фейри, Великого Оленя и Веспиру, Друида.

— Святые звёзды. — Он поморщился и виновато взглянул на неё. — Прошу прощения за моё грубое выражение, Новалис.

Она лишь махнула рукой, отметая его извинения.

— Но ты ведь понимаешь, что я права. — Теперь она сидела на самом краю дивана, впившись пальцами в мягкий бархат. — Ты знаешь их значение не хуже меня. Преодоление тяжёлых испытаний или, возможно, даже надвигающейся войны. Сила и лидерство. Великие перемены. Ариесиан, я не могла ошибиться в толковании. Их значение остаётся неизменным, разве нет?

— Именно так. — Он опустил голову, что-то тихо пробормотав себе под нос. Слов было не разобрать, и до неё донеслись лишь последние слова фразы: —…я должен был догадаться.

Внезапно он замер и резко вскинул голову.

— Кто ещё знает?

Новалис отшатнулась.

— Прости?

— Кому ещё ты рассказала о своём чтении? — Он схватил перо и чистый лист пергамента из-под стопки книг. — О последнем чтении, а не о том, которое проводила мама.

Он пристально смотрел на неё.

— Королеве Эловин и принцу Аспену. — Она сглотнула; в горле пересохло и запершило. — Принц Дрейк и лорд Файрбейн тоже, возможно, присутствовали, когда я объявила о своём открытии.

— Проклятье.

Два грубых слова за один вечер. Брат сегодня был в самом деле не похож на себя. Он никогда не ругался при ней. Никогда.

Ариесиан тяжело вздохнул. Он глубже опустился в кожаном кресле и закинул ноги на стол. Скрестив лодыжки, он принялся легко постукивать пальцами по подлокотнику, отбивая беспокойный ритм, которого она никогда прежде у него не замечала. Она ещё никогда не видела его настолько выбитым из колеи. Обычно Ариесиан был воплощением благородного лорда. Изысканного. Сдержанного. Лишённого показной вычурности и неизменно собранного. Но сейчас казалось, будто он готов выпрыгнуть из собственной кожи. Напряжение исходило от него густыми, удушающими волнами.

— Он предлагает слишком заманчивые условия, но то, что он хочет взамен… — Ариесиан расстегнул две верхние пуговицы на рубашке с воротником и потянул ткань у шеи. — Не уверен, что способен с этим расстаться.

— Почему? — Она тяжело вздохнула от разочарования и тут же пожалела об этом. На резких чертах его лица застыло тревожное выражение. — Прости, дорогой брат. Наверное, я просто не понимаю, почему нельзя отказаться от чего-то в обмен на защиту.

— Потому что это ценно, Новалис. — Он покачал головой, и на его лице почти отразилась боль. — Это нечто очень дорогое для меня.

О.

О.

Принцу Дрейку был нужен небесный навигатор Дома Селестин — астролябия Ариесиана. В детстве они называли её «Похитителем Звёзд», хотя по сути это был небесный компас, который всегда указывал лишь на Великого Оленя — созвездие Ариесиана.

Новалис поёрзала, чувствуя неловкость. Ей следовало догадаться, что принц Теневого Клинка потребует нечто созданное древней магией, невероятно редкое и передававшееся в их семье из поколения в поколение.

— Ариесиан, послушай меня. Всю свою жизнь я равнялась на тебя. Ты благороден. Умён. Предан до самоотречения. Но главное, каждое решение, которое ты когда-либо принимал, всегда было во благо нашего Дома и нашей семьи. — Она встретилась с усталым взглядом брата. — Как ты думаешь, может ли защита Бракрота понадобиться нам в будущем?

Его губы сжались в тонкую линию.

— Такая возможность существует.

Лёгкое беспокойство вновь пробежало холодком по её позвоночнику. Мысль о битвах и войнах совсем ей не нравилась. Как и о землях, разорённых смутой и раздорами. Тем больше причин Ариесиану не откладывать решение по этому торговому соглашению.