Она резко подняла голову, услышав своё имя, и увидела Ариесиана. Он быстро подошёл к ней и осторожно коснулся ладонью её щеки. Опустившись перед ней на корточки, он внимательно всмотрелся в её лицо. Серебристые глаза потемнели, и голубые искры в них казались почти чёрными.

— Новалис, что произошло?

Прежде чем она успела ответить, принц Дрейк одним лишь холодным взглядом оборвал Ариесиана.

— Вам следовало бы внимательнее относиться к своей сестре.

После этого упрёка Ариесиан поднялся, стиснув челюсти. Прежняя учтивость между ними исчезла без следа. Он напрягся. Стал холодным и неприступным. Выпрямившись во весь рост, он оказался лицом к лицу с принцем Теневого Клинка.

— Уверяю вас, я прекрасно осведомлён о благополучии своей сестры. Как и всех остальных моих братьев и сестёр.

— Тогда вам стоит научиться понимать язык тела. — Принц Дрейк сделал шаг вперёд. — Потому что вашей сестре явно было плохо.

Новалис закатила глаза к усыпанному звёздами небу. Она устала от того, что мужчины постоянно спорили из-за неё и говорили за неё, словно её самой здесь не существовало. Неужели этот ужасный вечер никогда не закончится?

Поднявшись на ноги, она разгладила пышные юбки и безупречно вошла в привычную роль леди из Дома Селестин.

— Ариесиан, если ты не возражаешь, я бы хотела сейчас вернуться домой.

Брат продолжал смотреть на принца Дрейка. Напряжение между ними было почти осязаемым. Казалось, при желании его можно было бы проткнуть швейной иглой. После нескольких долгих мгновений Ариесиан неохотно повернул голову к ней.

— Если ты этого хочешь.

— Найдите ей сопровождающего, — потребовал принц.

— Мне не нужен сопровождающий. — Новалис шагнула к брату, но Ариесиан тут же выставил руку, не позволяя ей приблизиться. — Я всю жизнь свободно передвигаюсь по этому королевству. Нет места безопаснее Эйрамира.

Но принц полностью проигнорировал её слова, словно она вообще ничего не сказала. Его взгляд лишь потемнел, а вокруг него затрещала магия, заставив Новалис вздрогнуть, несмотря на тёплую ночь.

— Сопровождающего, — повторил он, обращаясь к Ариесиану. Его голос звучал тихо и зловеще. — Или можете считать, что мои дела здесь завершены.

Плечи Ариесиана напряглись. Он крепко сжал челюсти, и Новалис заметила едва уловимое подёргивание мышцы. Хотя руки по-прежнему оставались опущенными вдоль тела, но ладони были сжаты в кулаки, а вокруг него волнами пульсировала сила, грозная, словно полуночные звёзды.

— Дела? — встревожено спросила Новалис. Она не могла представить, какие дела её брат мог вести с Теневым ассасином. — Какие дела?

— Это тебя не касается, Новалис. Отправляйся домой. — Ариесиан кивнул, и уже в следующее мгновение рядом с ней оказался Солариус. — Солариус тебя проводит.

— Я не под его опекой. — Новалис изо всех сил старалась, чтобы голос не дрогнул, отчаянно удерживая безупречное самообладание, которого от неё ожидали. Она резко вдохнула. — Мне не нужен сопровождающий, Ариесиан. Я не…

Он резко повернулся к ней. Хотя его лицо не выдавало никаких эмоций, в глазах бушевала ярость.

— Ты хотела уйти. Так уходи. — Каждое слово прозвучало с едва сдерживаемым гневом. — Немедленно.

Новалис застыла от потрясения.

Никогда прежде она не видела, чтобы Ариесиан терял самообладание. Он всегда оставался спокойным и рассудительным, неизменно владея собой. Каким бы ни было соглашение, которое он собирался заключить с принцем Дрейком, оно должно было иметь огромное значение.

Новалис невольно отступила назад, и Солариус тут же взял её за руку, осторожно положив её ладонь себе на локоть и удерживая рядом.

— Пойдём? — тихо спросил он. Его голос был мягким.

— Д-да. — Новалис кивнула, опуская взгляд. — Конечно.

— Тогда идём, дорогая сестра. — Солариус повёл её прочь от Ариесиана и принца Дрейка, которые вновь молча сверлили друг друга враждебными взглядами. — Оставим это утомительное светское сборище и найдём себе занятие поинтереснее.

Высоко подняв голову, Новалис вместе с Солариусом направилась к одной из ожидавших карет. Эпонианцы нетерпеливо били копытами по мягкой траве, словно и они были раздражены всем произошедшим. Но неприятное чувство тревоги продолжало настойчиво сверлить её мысли, проникая всё глубже. Оставалось лишь надеяться, что Ариесиан знает, что делает, и что всё это пойдёт на благо Дому Селестин, а не только ему самому.

Глава десятая

— Ты не можешь прятаться в своём кабинете всё празднование Середины лета, Ашер. — Голос Сайры доносился из-за двери, настойчивый и с явными нотками раздражения. Она трижды стучала по массивной деревянной двери, затем звала его по имени, повторяя всё снова, словно он не услышал её с первого раза.

— Я не прячусь.