– О-отлично? – с придыханием лепечет она, заглядывая мне в глаза. – То есть... проблем больше нет?

– Осталась одна проблема, Николь. Совсем маленькая, – чеканю я бездушным, ровным тоном. – И я её решу, уж будь уверена.

Глава 5

Лилит. Несколько дней спустя

Дождь недавно кончился, но с покатых крыш старых домов мелкого захолустного городка на самой окраине Моргрейва всё ещё срываются мелкие ледяные капли, падая на волосы. В воздухе тяжело пахнет сыростью, а сквозь неё пробивается до одури знакомый, сладковато-гнилостный душок исчадий.

Заморыш бесшумно ступает рядом, внимательно разглядывая узкую, темную улочку, в которую мы забрели, и чутко принюхивается.

Прошло чуть больше трех лет с тех пор, как я забрала его. Спасла и выходила. Легенды… я однажды чуть в реке не утонула, чтобы его спасти!

Тогда это был крошечный, зачуханный и тощий котенок с огромными желтыми глазищами. Сейчас же он вырос в огромного, пушистого черного кота – невероятно умного и незаменимого помощника в подобных ночных вылазках.

Заморыш ловко перепрыгивает огромную грязную лужу, в которой тускло отражается лунный свет.

– Осторожно, здесь яма, – предупреждает Маркус.

Мой жених тоже перепрыгивает препятствие следом за котом и протягивает мне руку. Я отталкиваюсь от скользкой брусчатки и прыгаю, хватаясь за его ладонь.

И тут же замираю. От этого простого, привычного прикосновения в памяти вдруг ослепительно ярко вспыхивают ощущения от совсем других рук. Жестких. Сильных. Уверенных. ЕГО рук.

Дыхание мгновенно сбивается. Я смотрю на Марка, вглядываюсь в его такие знакомые черты лица, но перед глазами стоит совсем другой парень из моего прошлого.

В этот момент Маркус неожиданно подается вперед, наклоняется и целует меня в губы. Его рот мягко обхватывает мой. Он целуется совершенно не так, как тот, другой. Марк делает это всегда нежно, всегда аккуратно, всегда так… предсказуемо.

Я закрываю глаза и заставляю себя раствориться в этом моменте. Отвечаю на поцелуй, потому что так правильно. Только мой жених и должен меня целовать. Я никогда не стала бы намеренно причинять Марку боль, он этого не заслуживает.

Но моё воспаленное воображение уже живет своей собственной жизнью, неподвластной совести.

Мозг безжалостно рисует порочные, обжигающие картинки: как горячие мужские ладони скользят по моим бедрам, сминая ткань, как каменный член тяжело упирается прямо мне в промежность, и между нами остается лишь пара жалких слоев одежды.

Я фантомно чувствую влажное касание ЕГО языка на своей шее. Вспоминаю, как бешено, по-звериному жадно он пробовал на вкус мою кожу. Между ног мгновенно становится влажно.

Он не такой, как Маркус. Он не ждет удобного момента. Не спрашивает разрешения. Не церемонится. Ксандр, он…

Одно только его имя отрезвляет, рассекая натянутые нервы. Я издаю тихий стон и резко прерываю поцелуй, отстраняясь от жениха.

Тяжело и рвано дышу, глядя в потемневшие глаза Марка.

– Ты какая-то взвинченная, – с легкой хрипотцой произносит он, не отпуская мою руку. – Но мне это нравится.

Виновато улыбаюсь ему в ответ, пытаясь унять колотящееся сердце. Марк красивый, высокий, сильный. Заботливый. Настоящая мечта любой девушки, идеальный жених.

Но я… Легенды, я просто не понимаю, почему с ним я даже близко не могу испытать той же бури чувств? Того же бешеного, выжигающего весь кислород в легких притяжения? Что со мной не так?

Рука Марка вдруг касается моей ладони и мягко сжимает её.

– Ты снова не надела кольцо, – тихо произносит он.

Внутри мгновенно вскипает горячее, колючее раздражение. Резко высвобождаю руку и коротко бросаю:

– Ты же знаешь, что на охоте мешает. Неудобно.

Он тут же парирует:

– Но ты и не на охоте его не носишь.

– Просто забываю! – позволяю части раздражения вырваться наружу, чуть повышая голос.

– Я хочу, чтобы ты носила его. Наша свадьба уже через три месяца, Лилит.

– Послушай, сейчас не время, – отрезаю я, вглядываясь в густые тени подворотни.

– А когда? Когда будет время? – Маркус останавливается, вынуждая меня тоже замереть, и тяжело смотрит на меня.

– Уж точно не тогда, когда мы идем по следу твари, Марк, – произношу я, напряженно сводя брови к переносице.

Мне становится физически мерзко от самой себя. От того, что из-за собственных растрепанных нервов и диких переживаний после недавней встречи с НИМ, я теперь срываю эмоции на Марка. Чувство вины обгладывает каждую косточку, но я просто не могу перестать быть такой дерганой.

– Эва говорит, ты вообще ничем не интересуешься, – продолжает Маркус, не собираясь отступать. – Обычно девушки выбирают цветы, платья... Даже эти дурацкие свадебные конкурсы. Чем вы там еще занимаетесь? Эва жалуется, что бы она тебе ни предлагала, ты лишь говоришь, что тебя всё устраивает. Соглашаешься на всё не глядя, Лилит.