– Да, и даже стыдно писать о том герцогу, – удручённо протянул я, – Ибо тогда восстановление крепости становится делом неподъёмным. Но заместитель бургомистра обещал похлопотать перед магистратом и всё возместить.

– Зачем же нам заместитель, если у нас здесь есть сам господин Вебер, – улыбнулся Кольм и подозвал бургомистра, – Уважаемый Вебер, оказывается, Эстер уделяет недостаточно внимания гарнизонам на границе империи. Признаться, я обескуражен этой новостью… Наш дорогой барон фон Фальк составил прошение в магистрат, уж будьте добры – не оставьте его в этой просьбе.

– Конечно, Ваше Сиятельство, – кивнул бургомистр.

А ведь граф точно не особо любит бургомистра. Даже здесь воткнул небольшую шпильку. Интересно – почему же он утвердил его кандидатуру? Значит, не всё так просто в Эстермарке, а граф здесь силён, но не безгранично.

Когда я уже прохаживался по залу и знакомился с другими гостями, ко мне неожиданно подошёл темноволосый, кареглазый рыцарь. В отличие от остальных гостей, на нём был костюм, скроенный на манер далёких западных королевств.

– Господин барон! Желаю отрекомендоваться! Кнут Беллинген, рыцарь подвязки её Величества королевы Иоланды. Имею сказать, что мне весьма понравился ваш ответ тому дерзкому кавалеру.

Я пожал ему руку и удивился, покопавшись в памяти Владислава:

– Благодарю! Позвольте узнать: как же рыцаря из далёкой Фрезии занесло сюда – на восточный край земли?

– О, я решил совершить паломничество по святым местам, но любопытство моё оказалось сильнее, и вот уже год я путешествую по разным городам и странам, – ответил Кнут.

– И что привело вас в Эстер?

– Собор и охота! – пожал плечами воин.

– Какие… разные интересы, – засмеялся я.

– Всё так, всё так… А затем я планирую двинуться в Литторию и уже обратно на запад. Хочу проехать вокруг Срединного моря и возвратиться домой. Будет – что написать, когда вернусь!

– Вы пишете историю своего путешествия? – заинтересовался я.

– Пока заметки, но накопилось уже много чего любопытного. Как буду дома, хочу запереться в моей родной провинции на год в монастыре и дать обет: пока не напишу свой трактат – не покину его стен.

– Похвально, – на полном серьёзе одобрил я начинание странствующего рыцаря, – А можно ли ознакомиться с вашими заметками?

– Мне приятен ваш интерес, но я планирую пробыть в Эстермарке ещё неделю, и заниматься охотой. Будет ли возможна наша встреча в таких условиях?

Мне в голову вдруг пришла идея, и я пытливо спросил у рыцаря:

– А вы любите охоту в лесах или горах?

– Любопытное занятие, – кивнул Беллинген.

– Тогда я приглашаю вас к себе в Вальденбург. Таких лесов нет во всём Эстермарке, – заверил я собеседника, – Мы с вами знатно поохотимся, а я получу возможность прочитать ваши заметки.

– Но они на фрезийском…

– Я немного говорю на нём. Был в одной кампании против ваших славных воинов.

– Значит, мы могли воевать друг против друга! – обрадовался рыцарь, причём так искренне, что я чуть не засмеялся опять.

– Может быть. Я был в походе пять лет назад. В армии маршала Боггарта. Третий полк.

– А я стоял против вашей армии чуть правее вас в битве при Бреси! – изумился Беллинген.

Нет, определённо славный малый!

– Ну тогда я настаиваю, чтобы вы погостили у меня! Нам будет – что обсудить! Сразу скажу, поместье у меня простое, но охота знатная. Ни одного обеда без хорошей добычи не обходится.

– Принимаю ваше приглашение! – решительно рубанул Кнут, – Когда вы будете у себя дома?

– Завтра уже отправляюсь. Предлагаю ехать со мной и моими людьми.

– Тогда я захвачу двух егерей и своих собак.

– Егерей? – удивился я.

– Да, дорогие сволочи, но стоят своих денег.

– Тогда решено!

Мы ударили по рукам и начали договариваться: где встретимся для совместной поездки. Ведь мне с утра надо было завершить ещё пару дел. Например, увидеться с Милошем Фогелем и договориться о кое-каких совместных «проектах», забрать сюрко для моего выезда, договориться с мастерами и… написать письмо в герцогскую канцелярию!

Глава 9. Где нашему рыцарю попадаются три бестии за один день

«…Люди поговаривают, что тот зверь или нелюдь питается человеческой плотью. Если даже смелый охотник, для которого лес – дом родной, увидел Рогатого воочию и выжил, то бросает своё дело и из дома ночью более не выходит…»

Бестиарий святого брата Ательстана

1285 год от Начала

Я неспешно ехал за Хенриком вдоль реки Эст-Дол. Водная гладь ярко блестела в лучах солнца. Хмарь жаркого дня дрожала над головой, заставляя обливаться потом. Позади двигался Кнут Беллинген и двое его нанятых егерей. Один раз на другом берегу мелькнул какой-то вооружённый отряд, скачущий по тропке. Рассмотреть его хорошо я не смог и лишь отметил блестящий доспех одного из кавалькады.