Я переглянулся со Святом. Тот нахмурился и положил руку на рукоять меча, предупреждая:

– Раз не понимаете по-хорошему, значит, будет по-плохому.

– Не посмеете вы нас рубить, – гаркнул староста в лицо Святославу, – А попробуете, так мы смутьянов под топоры пустим. Ты, чай, не лорд ваш будешь, солдат!

За его спиной уже начали угрожающе гудеть остальные мужики.

– А зачем вас рубить, когда можно и кулаком приложить? – хохотнул Рене.

– А ты попробуй, холоп! – дерзко крикнули ему из толпы.

Лицо Рене мгновенно посерело. Его брат-близнец Дене тяжело вздохнул и не спеша сдвинул пояс с перевязью меча назад.

А мужики раздухарились. Кто-то выкрикнул ландскнехту:

– Наш барон Йоханесс тебе быстро кожу с пяток на загривок свернёт!

Дене сплюнул на землю и процедил:

– Край непуганых кур…

Я осмотрел своих людей. Девять человек в лёгкой броне против полутора десятка сплавщиков.

– Ну что ж, видит Бог, старался я быть с вами добрым, – глухо произнёс я, пока мои солдаты, понявшие всё без слов, спешивались и затягивали пояса, – Вы должны покинуть мои земли сейчас же. Забирайте всё и проваливайте. Больше шанса не будет! Или я буду вправе выгнать вас так, как будет на то воля моя…

– Барон Йоханесс будет шибко зол на вас, господин рыцарь! – криво ухмыльнулся староста, – А выгнать вы нас не посмеете, мы на его земле.

Я повернулся к Беллингену:

– Вас, дорогой друг, это дело не должно касаться. То мои споры с соседями.

– Вижу, что у вас тут всё непросто, барон, – усмехнулся рыцарь, – Но за то, что эти собаки так брешут на рыцаря, я бы и сам не прочь им бока намять.

– И всё же, я настаиваю на том, чтобы вы не вмешивались, дабы не испортить ваши отношения с фон Грюнхартами. И жалею о том, что вы стали свидетелем всему этому.

Кнут усмехнулся:

– Чувствую, что вы в своём праве, господин Владислав. Так и быть, побуду зрителем. Не каждый день такое увидишь.

Я подъехал на коне ближе и громко возвестил сплавщикам:

– Ежели человека моего кто ударит топором или ножом каким, тому я снесу голову мечом, – коротко предупредил я, – Насажу на пику и поставлю во-о-он там у воды, – показал я на берег, – Чтобы всем издали было видно: кто нарушит закон в Вальденбурге, тот повстречается с Создателем раньше времени и будет уже перед ним за свои грехи держать ответ.

– На кулачках хотите? – задорно проорал староста.

– Давай! – коротко ответил ему кто-то из моих людей.

– А ну ка, мужики, дадим солдатне почувствовать – кто здесь настоящий хозяин! Покажем им их место! – загудели работники артели.

Зря это они…

Первое же столкновение принесло сплавщикам два скрюченных тела на вытоптанной траве. Хенрик вмазал одному из них под дых и добавил в челюсть. Второго отправил валяться Дене. Любой солдат империи, который ходил в строю на плотные шеренги врагов, знает: если в первые секунды ты выбил как можно больше бойцов противника, то у тебя есть шанс уцелеть. Рене и Дене так и вовсе ощутили на своём опыте, что такое «построиться в коробку и пойти ловить картечь лицом». Какие-то крестьяне их точно не напугают.

Свалка из тел мгновенно перемешалась, слышались лишь крики мужиков, звуки тумаков да злобные возгласы и пыхтение моих бойцов. Девять солдат на тринадцать сплавщиков. Признаться, у меня даже кулаки зачесались, но мне, барону, не по статусу махать ими в толпе крестьян. Хотя…

В пылу драки один из мужиков было выскользнул из общей сутолоки и схватил моего коня под уздцы, опасно приблизившись сбоку.

Резкий тычок железного сапога-сабатона освободил его рот от зубов. Нечего распускать руки на барона! Крестьянин завалился назад, закрывая губы обеими руками, по которым заструилась кровь. Только он коснулся травы – по нему тут же слоном протопотал Хенрик, таща какого-то беднягу за шею и отмахиваясь свободной рукой от наседавшего противника.

Рене методично раскалывал нос и губы старосте артели, держа его одной рукой и работая кулаком, как молотом по наковальне. Сзади на него выскочил сплавщик и, размахнувшись со всей дури палкой, врезал по спине.

Ландскнехт заревел от ярости и боли и вместо того, чтобы отпустить старосту, сграбастал его длинные волосы, дёрнул голову вниз – аккурат себе в колено. После этого начальник сплава заснул глубоким сном, а доппельзольднер начал разворачиваться к обидчику, но этого уже и не требовалось… Хельмут вывернулся откуда-то сбоку. Вертлявый арбалетчик с размаху пнул сплавщика с палкой аккурат в подколенную ямку. Нога у того тут же подломилась, и замахнуться для второго удара он не успел.

– Бейся честно! – рявкнул арбалетчик и отскочил в сторону.

Рене взбесился и медведем навалился на любителя помахать палками.