Наступает третья пятница июля, и мне нестерпимо хочется пораньше отойти от компьютера. Сосредоточиться трудно. Стоит выглянуть из окна кабинета, и меня дразнит один из тех редких летних дней, когда после обеда не бывает грозы.

Легкий ветерок. Безоблачное небо.

Температура где-то между удушающей и почти терпимой, а свежий воздух кажется отличной идеей.

Я закрываю рабочие вкладки и замираю, заметив во входящих непрочитанное письмо. Хмурюсь. Когда нажимаю на тему и пробегаю глазами первые строки, сердце подскакивает к горлу. Чем дальше читаю, тем шире раскрывается рот. К концу письма пульс уже несется вскачь.

Приходится перечитать его, чтобы убедиться, что это правда.

— Твою мать, — шепчу я. — Твою мать.

Я хватаю телефон и звоню Харлоу по видеосвязи, пока не начала себя накручивать. Мечусь по комнате, тревожно дожидаясь ответа. Когда она наконец появляется на экране, то зевает.

— Куин? — Харлоу прислоняет телефон к кухонному фартуку. Исчезает из кадра и возвращается с кофейником и кружкой, покрытой изображениями средних пальцев. Наполняет ее до самого края. — Я пропустила что-то важное?

— У меня новости, — выдыхаю я, все еще не веря. — Секунду, добавлю Мию.

— Мне для этого нужно сесть? У тебя появился преследователь? Рано или поздно какой-нибудь сетевой извращенец должен был узнать, где ты живешь.

— Никакого преследователя нет. Подожди. — Я нажимаю на экран, выбираю Мию и улыбаюсь, когда ее лицо занимает половину экрана. — Ты нас слышишь?

— Как интересно. — Мия оборачивается и задергивает шторы за своим столом. Я замечаю на розовой стене кабинета распечатку списка бестселлеров The New York Times, которую мы с Харлоу ей подарили. — Мы сегодня идем куда-нибудь ужинать?

— Кое-что случилось. — Я сажусь на диван, втиснутый в угол комнаты. Руки дрожат, и я снова прокручиваю письмо к началу. Третье прочтение подтверждает: все по-прежнему правда. Я разражаюсь смехом. — Национальная метеорологическая служба США приглашает меня на собеседование.

На мгновение воцаряется тишина, а потом начинается хаос.

Мия визжит. Харлоу разражается страстным монологом о крутых женщинах и о том, как нужно ставить мужчин на место. Я сдерживаю слезы, впитывая их восторг и прижимая его к сердцу.

— Куин! — Мия хлопает в ладоши. — Это же невероятно!

— Я знала, что они позовут тебя, — говорит Харлоу. — Когда собеседование?

— В следующий понедельник. — Я снова смеюсь, уже не обращая внимания на слезы. Все происходящее кажется нереальным. Я не уверена, что могла бы вообразить такое даже в самых смелых мечтах. Каждый час, вложенный в работу, словно наконец приносит плоды. Будто я получаю признание, которого заслуживаю. — Не могу поверить, что они хотят со мной поговорить.

— Я так за тебя рада. — Мия всхлипывает и тянется за салфеткой. — Ты станешь звездой.

— Она уже звезда. Ее ролики об урагане Клаудия набрали три миллиона просмотров, и число продолжает расти, — добавляет Харлоу.

И еще сотни комментариев с вопросами, когда Себастиан снова появится в The Rainy Day Show. Каждый раз, когда я захожу в соцсети, вижу все больше сообщений с просьбами сделать с ним совместный выпуск. Кто-то даже смонтировал ролик о нас: кинематографическую смесь кадров с нашей неудачной погони за торнадо и репортажей о Клаудии.

Когда я отправила его Себастиану, он ответил десятком ухмыляющихся эмодзи и ссылкой на песню из «Миссии невыполнима».

— Не хочу праздновать раньше времени. — Я откидываю голову на изгиб дивана. Надо мной вращается потолочный вентилятор, а я снова улыбаюсь. — Но это точно повод выбраться куда-нибудь. Правда?

— Еще какой, — отвечает Мия, крутясь в кресле и попискивая от восторга. — Сегодня тебе запрещено сидеть дома одной.

— В Орландо есть один бар. Я знаю там бармена, — говорит Харлоу. — Дешевые напитки. Отличная атмосфера. Идеальное место для празднования, которое официально не празднование. Первый круг за мой счет.

— Ладно, но второй и третий оплачиваю я, — возражает Мия. — Я так тобой горжусь, Куин.

— Да. — Грудь наполняется теплом. Счастье пульсирует внутри. — Я тоже собой горжусь.

— Бармен угостил меня этими напитками. Сказал что-то про корицу и бурбон, и звучало это восхитительно. Настоящее Рождество в июле. — Мия ставит три бокала в центр стола и опускается на свое место, похлопав меня по бедру. — Не все мы летние девочки, Куин. Некоторые любят зиму.

— Эй, я тоже люблю зиму. Огромный свитер? Пушистые носки? Волшебное время года.

— Предлагаю тост. — Харлоу поднимает бокал, и мы повторяем за ней. — За Куинси. Лучшего метеоролога из всех, кого я знаю. Ты умная. Добрая. Ты меняешь этот мир, детка, и заслуживаешь эту работу больше кого-либо. Не могу дождаться, когда ты их там всех поразишь.

— Получишь работу или нет, неважно. Мы никогда не перестанем тобой гордиться, — добавляет Мия. — Нам так повезло быть твоими подругами.