Я провожу ладонью по груди, понимая, что сегодняшний день был для моей души чем-то гораздо большим. Страшно признаться ей, что в нью-йоркской студии мне временами кажется, будто у меня клаустрофобия. Вечерами я сижу в тесном помещении и мечтаю о свежем воздухе, маленьких городах и сладком чае из банки на крыльце Купера с моими парнями. Вместо этого я выбираю слона в комнате. Другую правду, о которой пока не собираюсь ей говорить.

Пока нет.

Мне слишком нравится этот пузырь, в котором мы оказались. Не хочу лопнуть его признанием, что мы претендуем на одну должность. Это вернет прежнюю вражду, а мне хочется как можно дольше остаться в этом мгновении. Здесь слишком хорошо, чтобы сбегать.

— Значит, NWS? — спрашиваю я, надеясь, что все пережитое сегодня отвлекло ее от моей реакции на слова Эрни. А если она и заметила перемену в моем поведении, то уже забыла. С тех пор мы успели прожить сотню жизней. Наверняка сейчас она думает совсем не об этом. — Что-то новенькое.

— Снимать ролики здорово, но я хочу большего. Именно в самом центре событий я смогу принести больше всего пользы. Мне плевать на подписчиков, цифры и все остальное. Звучит ужасно банально, но я хочу... вдохновлять, наверное, новое поколение любителей погоды. Особенно девочек. Я помню, как в детстве каждый вечер смотрела прогноз местной метеорологини. Она с таким увлечением рассказывала о своей работе, что и мне захотелось полюбить ее так же. Я понимаю, что счастливее всего, когда нахожусь в самой гуще шторма. И начинаю задумываться, нет ли лучшего способа... — Куинси замолкает, не закончив фразу. То, о чем она умолчала, остается ее тайной, и я не давлю. — Прости. Я заболталась.

Слушая ее, я все яснее понимаю, почему она хочет сменить направление и попробовать что-то новое. Ей кажется, нужно работать еще усерднее, чтобы ее жизнь обрела больше смысла. Будто того, что она уже делает, недостаточно, хотя это совершенно не так.

— Ты не заболталась, — говорю я. — У меня самая легкая работа в мире. Тысячи людей в нашей сфере убили бы за возможность выходить в эфир на час в день и получать семизначную зарплату. Но в последнее время я все чаще думаю: какой толк во всем этом дерьме, если ты несчастен?

— Подожди. — Ее лицо смягчается. Она отодвигает тарелку и наклоняется ближе. — Ты несчастен?

— Не несчастен. Просто... выгорел. Застрял на месте. — Слова вырываются прежде, чем я успеваю их остановить, и я морщусь. — Я люблю свою работу, но мне не нравится то, чем я занимаюсь. По крайней мере сейчас. Понимаешь?

— Ох. — Глаза Куинси расширяются от понимания. — Вот почему ты приехал на лето. Не только ради документального цикла.

— Не только. Люди видят... — Я издаю горький смешок. На грудь давит боль, словно незаживающий синяк. — Они видят ту версию меня, которую я создал и показываю в сети.

— Золотого мальчика метеорологии.

— Именно. Это карикатура. Когда люди встречают меня, им неинтересны мои надежды и мечты. Они хотят, чтобы я зачитал рэп про области высокого давления и серебристые облака. Кстати, ты когда-нибудь видела серебристые облака, Монро? Такие тонкие, прозрачные и светящиеся? Чертовски красивые. В общем... — Я провожу ладонью по лицу. Она улыбается, и это подталкивает меня продолжить. — Никто не видит меня настоящего. Есть Себастиан Данн — охотник за штормами. А Себастиан Данн — обычный парень, который ищет хоть немного радости, — мало кого интересует.

— Погода приносит тебе радость?

— Уже давно нет. Но сегодня... Сегодня я увидел проблеск прежнего счастья, и это дало мне надежду. — Я стону. — Послушай меня. Я жалуюсь на работу, которая оплачивает счета, пока люди сегодня лишились крыш. Нужно расставить приоритеты.

— Чужие трудности не обязаны быть равными. То, что твой дом не остался без крыши, не значит, что твои чувства не имеют значения. — Она барабанит пальцами по столу, размышляя. — Думаю... жизнь слишком коротка, чтобы заниматься тем, что не приносит радости. Выгореть нормально, но нельзя позволять этому длиться слишком долго. Возможно... иногда нужно пройти через период застоя и несчастья, чтобы понять: существует что-то лучшее. Иначе как узнать, что твой путь действительно тебе подходит, если не приходится карабкаться в гору? В конце концов от этого результат становится ценнее.

— Это... — Мой смех теперь тише и искреннее. — Очень хорошая мысль. Спасибо, что выслушала. Купер и Нейт не знают, что я несчастлив.

— Тебе стоит им рассказать. — Куинси склоняет голову и внимательно меня рассматривает. Мне нравится быть в центре ее внимания. — Они тебя любят. Им нужно только, чтобы ты был счастлив.

— Да. Стоит. — Я отпиваю кофе. — Этот разговор помог. И, кстати, думаю, в NWS ты была бы потрясающей. — Я касаюсь ногой ее икры, надеясь, что, узнав о нашей борьбе за одну должность, она поймет мои причины. — Крутая сучка, помнишь?

— Не забыла. — Она улыбается. — Спасибо, Данн.

— Правда или действие, Монро?

— Мы все еще играем?

— Мне нужно узнать все твои слабости. И разрядить обстановку.

— Правда.

— Вернемся к прежнему разговору о свиданиях, личной жизни и разделении счета.

— О нет. Не хочу.

— Ты с кем-нибудь встречаешься?

— Я не стану отвечать.