Дракон целый день пролежал в душной смирительной рубашке, и это было еще удивительно, что от него не шел характерный, тяжелый запах грязного тела.

Я подошла ближе, решительно скинула с него простынь и бегло оглядела. К моему облегчению, плотные кожаные ремни уже были кем-то ослаблены, а сама рубашка развязана - это существенно облегчало задачу.

Тем не менее, стянуть эту плотную ткань с его широких плеч и накачанных рук стоило мне большого труда. Чуть ли сама не взмокнув от натуги, я все-таки освободила его от одежды.

Налив в таз свежей теплой воды, я взяла мягкую обтирочную тряпку и стала методично протирать его кожу - широкие плечи, рельефную грудь, сильные руки, которые теперь были бессильно раскинуты по бокам.

Когда очередь дошла до предмета главной мужской гордости, мой взгляд невольно там задержался. Этот дракон даже в беспомощном состоянии умудрился выбить мою профессиональную выдержку из колеи.

— Совсем зажрались… — пробормотала себе под нос, осуждая его жену. — Такими породистыми экземплярами грешно разбрасываться.

Покрепче перехватив влажную ткань, я взяла себя в руки, и с напускным равнодушием, стараясь ни на что не отвлекаться, точными движениями помыла его… везде…

Когда с обтиранием было покончено, я, изрядно намучившись с его тяжелыми ногами, все-таки натянула на него новые, чистые больничные штаны.

Внутреннее напряжение наконец немного спало, уступив место легкой усталости. Я выпрямилась, вытерла тыльной стороной ладони пот со своего лба и не сдержалась - тихонько улыбнулась.

Посмотрела на неподвижного, но старательно вымытого дракона, и шутливо, представляя, будто по-настоящему разговариваю с ним, иронично произнесла:

— Знаете, ваша светлость… после всего того, что между нами только что было, теперь вы, как порядочный человек, просто обязаны на мне жениться… будь вы не женаты…

Слова сорвались с губ, растворившись в тишине больничной палаты, и в ту же секунду болезненные, горькие воспоминания нахлынули на меня.

Улыбка мгновенно сошла с лица, а в груди глухо заныло.

Жениться… на мне.

Я горько усмехнулась собственной глупой шутке. Ровно год назад другой мужчина - такой же статный, уверенный в себе дракон – Деймонд Вейз, которого я считала умным и благородным, тоже обещал сделать меня своей женой. Он клялся в вечной любви, держал меня за руки, целовал, а за пару дней до свадьбы от меня отказался, поверив словам своего лучшего друга, который с самой первой встречи меня невзлюбил.

Я бросила взгляд на канцлера, наклонилась, поправила упавшую на его лицо прядь черных волос и, склонившись к уху, вкрадчивым голосом язвительно прошептала:

— Вы сказали Дэймонду, что я использую мужчин... оббираю до нитки... выжимаю из них все до последней капли... а после бросаю. Не боитесь теперь остаться со мной в запертой комнате наедине?

Похлопала ладонью по мужскому плечу и заметила, как дрогнуло его левое веко. В этот раз мне точно не показалось. Надеюсь, он не слышал тех слов, что я сказала ему?!

Но на всякий случай добавила:

— Расслабьтесь, господин канцлер, на ваше богатство я не претендую. Полюбовалась, и хватит с меня аристократов.

ГЛАВА 9

Отойдя от постели больного, я подхватила грязное белье и вынесла его в коридор. Вообще, у нас на этаже отдельной прачки не было, так что сиделки обычно стирали за своими подопечными сами.

Я уже мысленно прикидывала, где поближе раздобыть горячей воды и мыла, когда меня окликнули.

— Эй, новенькая! Ты куда это с тряпьем собралась?

Я обернулась. Смотрительница по этажу - красивая женщина в платье ярко красного цвета, более подходящем для выхода в свет, чем сюда, сидела за столом старшей и смотрела на меня с искренним недоумением.

— Стирать, мадам.

— Брось все прямо у двери, — скомандовала она, махнув рукой. — Ближе к ночи придет уборщица, она помоет полы, все постирает, а к утру вернет вещи чистыми.

Я искренне удивилась.

— То есть в мои обязанности не входит мыть полы и стирать вещи? — на всякий случай решила уточнить еще раз.

— Конечно, нет. — с гордостью произнесла смотрительница. — Мы не какой-то там второй этаж! У нас лежат высокородные больные! Поэтому твое дело — следить за подопечным, менять повязки, поить - кормить. Остальное не твоя забота.

— Благодарю. — я кивнула, чувствуя, как настроение поднимается.

Что ж, мадам Лофер оказалась права, в работе на элитном третьем этаже определенно есть свои весомые плюсы.

Вернувшись в палату, я застала прежнюю картину - канцлер все так же беспробудно спал. Он лежал неподвижно, дыхание было ровным, странно все это.

Я подошла ближе, присела на край кровати. Осторожно взяла его запястье, нащупала пульс. Ритмичный, не слишком частый. Вроде бы все показатели в норме. Я оттянула веко, заглянула в зрачок - реакция на свет была, но вялая.

Почему он спит так долго? Зелье должно было выветриться.