— Зачем ей знать? — Даймонд равнодушно пожал плечами и нагло ухмыльнулся. — Меньше знает — крепче спит.

И вот тогда я не сдержался.

Я с размаху зарядил ему кулаком прямо в лицо. Рассек бровь, кажется, даже зуб выбил.

Какой бы ни была женщина меркантильной, наглой или распущенной, но так низко с ней мужчина не имеет права поступать. Поэтому я лично проконтролировал, чтобы свадьба не состоялась.

ГЛАВА 21

Видя, как канцлер взахлеб ест пустую похлёбку, мое сердце жалостливо сжалось. Пока он не видел, я торопливо отложила ему все куски мяса из своей порции.

И что теперь делать? Если дракона и дальше будут заставлять голодать, то где же ему брать силы на восстановление?

Пока жевала салат – думала…

А что если у той женщины, что разносит еду попробовать выторговать лишнюю порцию, за деньги?

Скажу ей, например, что беременна, мол очень хочется есть, и слезно попрошу не выдавать мой секрет руководству. Но для этого мне позарез нужны деньги, мои закончились, кроме отложенных на черный день трех золотых.

Как удачно совпало, что сегодня день выплаты жалованья за прошлый месяц.

Раньше-то его всегда раздавали сиделкам строго с утра, а сейчас на дворе уже вечереет, может про меня просто забыли из-за того, что я перешла работать на третий этаж?

Встала, решительно подхватила поднос с грязной посудой и низко наклонилась к канцлеру, прошептав возле уха:

— Я скоро вернусь. Если кто-нибудь войдет, пока меня нет, действуйте как и раньше. Смотрите неподвижным взглядом в потолок и ни на что не реагируйте.

Мужчина резко повернул голову, пытаясь посмотреть мне в глаза.

Я на секунду задумалась и на всякий случай тревожно добавила:

— Если будут насильно давать какое-то зелье, не вздумайте сопротивляться, сделаете только хуже. Лучше послушно пейте, а как только я приду, я тут же помогу вам очистить желудок и нейтрализовать отраву.

Канцлер почему-то испуганно и как-то ошарашенно на меня посмотрел.

Не доверяет?

Глядя на него, я едва сдержала улыбку — с этой нелепой, наспех заплетенной косой, в которую всё еще была вплетена моя синяя лента, грозный канцлер выглядел сейчас очень трогательно и мило.

Быстро огляделась по сторонам в поисках зеркала — к счастью, его в палате не было. Я облегченно выдохнула — а то еще увидит себя, разозлится и не сдержится, выдав нас. Ладно, потом тихонько уберу, когда заснет.

Не став больше задерживаться, я быстрым шагом вышла в коридор, закрыв дверь в палату.

— Новенькая, ты куда это направилась? — тут же зычно окликнула меня старшая по этажу, сидевшая за столом.

Я послушно подошла, отдала ей поднос с посудой и спросила про причитающуюся мне плату за прошлый месяц.

— Так это ты? — женщина с каким-то странным, непонятным сожалением и даже жалостью пристально посмотрела в мои глаза.

Она думала минуты две, ничего не говоря, а затем, резко перевела взгляд в сторону и с интересом стала рассматривать трещину на стене в штукатурке:

— Главный сказал, что раз ты всё равно целый месяц не будешь выходить из палаты, то и жалованье тебе пока не выдавать. А как полностью закончишь с этим больным, он выплатит тебе сразу всё: и за прошлый месяц, и за этот. И даже хорошую премию обещал, если не будет никаких нареканий на твою работу.

Такой ответ мне не понравился. Внутри шевельнулось оочень нехорошее предчувствие.

Я попыталась мягко настоять на своем. Стала на ходу придумывать липовые причины:

— Понимаете, я очень хотела поскорее отдать долг соседке. Да, мне выходить из корпуса нельзя, но на крыльцо-то мне можно выйти на одну минутку, чтобы передать ей монеты?

Я наивно похлопала ресницами и глуповато улыбнулась.

— Не положено! Хватит тут слоняться без дела, живо иди к себе в палату и следи за больным! — нервно, с явным раздражением прикрикнула смотрительница, резко оборвав мою тираду.

И в этот момент мне стало по-настоящему страшно. Единственная мысль, почему мне так упорно не хотят отдавать мое жалованье, зная жадность местного руководства, — они вообще не собираются его отдавать!

А значит… они планируют избавиться от меня как от ненужного свидетеля, как только я выполню свою работу. И, судя по всему, сам канцлер тоже вряд ли входит в их дальнейшие планы живым…

Я развернулась и чуть ли не бегом побежала в палату.

ГЛАВА 22

Когда я вернулась в палату, я первым же делом торопливо засеменила к канцлеру. И нет чтобы вовремя обратить внимание на выражение его лица, я, все еще пребывая в своих мыслях, оперлась рукой на изголовье кровати, чуть наклонилась и впопыхах стала рассказывать:

— Ваша светлость, есть проблема. Вас здесь собираются держать только месяц, а это значит…

Но не успела договорить, как сильная мужская рука мертвой хваткой стиснула моё предплечье и резко потянула вниз.