Преподаватель по семиотике, профессор Макензи, с порога объявил, что сегодняшняя пара будет разделена на две части – теоретическую и практическую.

ГЛАВА 18

Нверное, ему было лет сорок пять, может, даже пятьдесят.

И все-таки выглядел препод молодо и подтянуто – лил на свои темные с проседью волосы бриолин, носил щегольской темно-синий костюм с ярким галстуком – синим с желтыми уточками, и весьма демократично держался с универсантами.

Не могу сказать, что заискивал, но обращался подчеркнуто по-свойски, на одной ноге.

Начал занятие с «летучки» – небольшой проверочной работы по терминам.

Бекка старалась учиться хорошо, но ее беда была в том, что она часто отвлекалась на свои новеллы.

Я нашла в ее памяти заученные определения терминов «знак», «сигнал» и «интерпретант», а вот «коннотацию» и «семиозис» она не доучила.

И все-таки три термина из пяти – это было неплохо.

Собрав листы с проверочной, Макензи, присев прямо на преподавательский стол, расположенный рядом с большой доской, начал вещать.

– Ранее мы с вами говорили о природной силе, которую называют квинтэссенцией. Некоторые обожествляют ее, считая разумной сущностью. На самом деле квинтэссенция – невидимое, но постоянное движение, циркуляция самой сути нашего мира, магии природы, пронизывающей воздух, землю, воду, огонь, растения, а иногда живых существ. В каком-то смысле, квинтэссенция – энергетическая река, из которой избранные через собственное тело с помощью основной зоны магического дара способны черпать часть магии и изменять ею окружающий мир.

Тут Макензи наглядно продемонстрировал зону магического дара – то есть показал ладонь с изображенным на ней сигилом-вороном и поинтересовался:

– Как вы думаете, почему стихийный символ проявляется именно на ладони?

Блеснув очками, руку поднял белобрысый Арчибальд Гросвенор, и, подумав, решила поднять я.

Ожидала, препод спросит наследника, но Макензи кивнул мне.

– В ладони много нервных окончаний. Это один из самых чувствительных органов осязания, – предположила я, потому что это было логично.

Арчи высокомерно ухмыльнулся, словно я сморозила несусветную чушь, однако Макензи, на удивление, меня похвалил.

– Неплохо, Бойл! Да, ладонь легче всего использовать как точку направления внешнего энергетического потока. Вы здесь, в этой академии, потому что в вас недавно пробудился ваш стихийный дар, и на ваших ладонях сформировался устойчивый магический рисунок – сигил, который до этого был лишь схематичным силуэтом. Это не татуировка, как ошибочно полагают многие, а трехмерная энергетическая структура, закрепленная в тканях кожи. За четыре года обучения в Арквилле вы научитесь полностью контролировать свою стихию через этот символ и установите внутреннюю гармонию, потому что Арквилл…

– Построен на одном из самых сильных природных магических источников в королевстве, – закончил предложение Арчибальд, уже не дожидаясь его разрешения. – И этот крупнейший узел магии принадлежит роду Фрейтор…

– Верно, Арчи. На данном этапе стихии могут вас плохо слушаться, а единицы магического резерва на вашем запястье могут скакать, меняться ни с того ни с сего. Все потому, что первые годы после проявления сигила потенциал нестабилен и нуждается в постоянном контроле извне, чтобы вы сами не смогли себе навредить. Однако после четырех лет, проведенных в сосредоточии узла, число вашего резерва станет стабильным, а стихия – полностью управляемой, подвластной движению не то, что вашей руки, а лишь одной мысли.

– Главное, за эти четыре года безвылазного сидения в узле нам тут не сдохнуть со скуки, – закатил глаза Игнацио Абатор, сползая по стулу.

– Уверяю, этого не случится – руководство Арквилла, а также господин Казимир, как никто, заботятся о досуге своих универсантов, – заметил Макензи, и мне почудилась в этом тонкая насмешка. – Так что рекомендую вам не пренебрегать занятиями по медитации с профессором Гияром. Медитации позволяют лучше почувствовать энергетическое поле узла, и вы гораздо быстрее войдете в гармонию со своей стихией и своим резервом.

Я слушала Макензи очень внимательно, одна из немногих записывая абсолютно все, что он говорит, на листочки под насмешливыми взглядами остальных, которые не утруждали себя конспектированием.

Тетрадей у Бекки не было, только эти листы, чистые только с одной стороны, а с другой исписанные какой-то ненужной информацией.

Позарез необходимо разобраться с устройством этого мира, всеми этими узлами силы, сигилами, резервами…

Ведь резерв Бекки, то есть теперь мой – ноль, следовательно, использовать свою стихию земли через мокрицу на ладони я не могу.

Но, раз уж оказалась в таком прямо супер-пупер сосредоточии стихийной силы, может быть, я смогу как-то увеличить свой резерв и раскрыть потенциал сигила?

Настоящая Ребекка об этом как-то не задумывалась, привыкла к тому, что она нулевка.