– Ритуал сорвался не по моей вине, – вкрадчиво заверил Двуликий, полностью возвращая себе царственное хладнокровие. – Мира… она слишком долго колебалась, чью сторону выбрать, а Лесовик почуял ее кровь и вторгся в Вечевую Кущу. Мы не успели наложить Вуаль Безмолвия, но она коснулась нашего реликта, и какое-то время магия Двуликих будет сопротивляться ее аскарской сути.

– А Аскарот? Он пробудился? – Дамир невольно понизил голос, чувствуя, как внутри все леденеет.

– Да, – по лицу Леора пробежала тень. – Несколько дней назад. Его явление ощутили все. Даже в поясе людей. Города захлестнула новая волна меток. Они загораются на каждом пятом, независимо от возраста. Равновесие нарушено, смертный. Дальше будет только хуже.

– И почему же Двуликие здесь, а не рвут на части города, слепо следуя на зов? – взвился Дамир.

– Гибель сородичей заглушает безумие, – скорбно ответил Леор. – Инстинкт выживания сильнее жажды исцеления. Идет борьба за само существование нашего вида. Дева Завесы – единственная, кто способен нам помочь… – Он сделал весомую паузу. – Или погубить, если мы не перехватим ее до того, как Кайрос завладеет реликтами. Мы обязаны вызволить Миру прежде, чем она окончательно воплотится в Деву Огня и сбросит печати, удерживающие Завесу.

– Как Верховный собирается завладеть реликтами? – нахмурился Дамир. – Ты сам сказал, что никто, кроме Хранителя, не может их касаться.

– Мирослава может, – торопливо пояснил Двуликий. – И Хозяин Леса знает об этом. Он пойдет за ней, как только расправится с нами. Лесовик уверен: если уничтожить Деву, магия Аскаров угаснет, и мир очистится.

Дамир побледнел, сердце гулко забилось в груди. Уничтожить Миру... Его родной отец, превратившийся в безумного древесного великана, вознамерился оборвать жизнь той, кого Дамир поклялся защищать. Дамир отказывался в это верить, но посеянное зерно сомнений уже пустило первые ростки.

– Как он пройдет сквозь Завесу?

– Собрав три реликта, – ответил Леор. – Они откроют путь к четвертому. Лесовик поднимет свою лесную армию и направит в Пепельные Земли.

– Драконы сожгут его рать раньше, чем они увидят цитадель, – мрачно отозвался Дамир.

– В том и беда! – Двуликий подался вперед. – Хозяин Леса просто принесет реликты прямо в руки Кайросу. И тогда наш мир окончательно захлебнется в огне. Мы не должны этого допустить. Нам нужно остановить его. Усмирить.

– Убить? Моего отца? – Дамир вскинул на него яростный взгляд. – Даже не думай.

– Не убить, а вернуть ему человеческое начало, – терпеливо объяснил Леор. – Мы можем использовать Сдвоенный Ключ и твое Звено Воли. Если объединить их силу в правильном ритуале, мы сумеем загнать Лесовика в ловушку и временно лишить его дикой мощи. И тогда... тогда ты сможешь достучаться до разума Белозара. Мы убедим его пойти на Пепельные Земли одним фронтом. Вся лесная рать и сила Двуликих помогут нам отбить Деву у Кайроса.

– Для ритуала вам нужна кровь одного из Детей Леса, иначе он не подействует, – вмешалась Гела, бесшумно шагнув в шатер. Она воочию видела одичалое неистовство Лесовика и на сей раз вняла голосу разума. – Я готова отдать свою. Но ты, Двуликий, должен принести мне кровную клятву, что больше никогда не нарушишь заветов Черного Леса.

– Я их и не нарушал, – гневно возразил Леор. – Если бы твой Хозяин не прервал наложение Вуали Безмолвия, аскарская кровь в венах Девы умолкла бы навсегда.

– Она наполовину Аскар. Этого не изменить, – стояла на своем Гела. – Так ты согласен?

– Да, – кивнул Двуликий и перевел вопросительный взор на Хранителя. – Что скажешь, смертный?

Дамир заколебался. Он любил отца, помнил его суровый нрав, работящие умелые руки и тихий голос у очага. Но мысль о том, что Лесовик погибнет в бессмысленной войне с драконами, а Мира останется в лапах Кайроса, разрывала его душу. Возможность пойти войной на Пепельные Земли и спасти ее – это единственное, что сейчас имело для него значение.

– Что за ритуал? – глухо спросил он.

– Сдвоенный Ключ направит потоки силы, а Звено свяжет их намертво, – Леор раскрыл ладонь, и на ней тотчас возник кристальный артефакт Двуликих, внутри которого метались две искры. – Мы заставим землю забрать его первобытную ярость обратно.

Приняв окончательное решение, они выбрались из разоренного шалаша. Гнилая топь менялась на глазах. Зеленоватая хмарь неумолимо наползала, застилая все вокруг непроницаемым полотном, сквозь которое было не видно ни зги. Лес словно затаил дыхание, готовясь к грядущему святотатству.

Гела опустилась на колени у края воды. Острый коготь стрига полоснул по ладони, и темная кровь потекла в густую муть, очерчивая невидимые границы будущего круга.

Дамир крепко сжал рукоять ножа. И в этот миг земля под ногами содрогнулась. Воздух над болотами внезапно задрожал, наполняясь оглушительным, утробным рыком.