Жизнь в маленьком домике оказалась гораздо сложнее, чем в большом имении. На меня легло много обязательств. Нужно было рубить дрова, следить за отоплением, латать крышу, натаскивать воду, стирать, готовить есть. Мама очень старалась делать многие дела, но у нее просто не хватало на это сил. Поэтому я старался делать все сам, чтобы она больше спала и отдыхала… Ведь сон — главное лекарство, верно? Я научился вспахивать землю, выращивать растения… Мне пригодились навыки рыбалки и охоты. Признаться, я частенько забредал в наш лес — ведь именно там я рыбачил и охотился. Впрочем, владельцев еще не было. Может, дом купили, но еще не переехали. А может… покупателей еще не нашли. Я надеялся на второе, ведь тогда я смогу выкупить его без лишних владельцев. А я был уверен, что выкуплю его. Если мой дед добился титула на фронте, то смогу и я.

Но мои надежды разбились об один из дней. Я пришел домой с рыбой. Мама стояла у окна, как обычно бледная и худая. Она повернулась ко мне и натянула ту самую улыбку, которую натягивала как маску на лицо, когда собиралась сказать что-то нехорошее.

— Что-то случилось? — спросил я.

Мама потянулась в карман и вытащила какой-то клочок бумаги.

— Эштон, дом купили, — сказала она так спокойно, словно ничего не произошло. Я тоже не стал закатывать истерику, просто взял этот клочок бумаги и прочитал фамилию нового владельца. Лорд Кембелл. — Тут просят… Просят прийти, чтобы встретить новых владельцев и показать им владения… Придет лорд Кембелл с дочерью Амелией Кембелл. Может мы станем друзьями…

— Вот еще…

— Эштон, там написано, что после осмотра вручат остаток суммы.

Мне это очень не понравилось, но та надежда, с которой мама смотрела на меня, заставила остудить пыл и взять себя в руки. Я годы уже жил как простой человек без титула, чтобы сейчас строить какую-то гордость.

— Хорошо, мама. Я покажу им владения, — спокойно сказал я.

— Спасибо, Эш, — мягко улыбнулась она. — Я… Я тобой очень горжусь и… как раз пожарю рыбу к твоему возвращению. Обсудим последние сплетни. Расскажешь, как они…

— Обсудим, — спокойно сказал я, хотя у самого внутри все переворачивалось от знакомства с новыми владельцами.

Итак… Лорд Кембелл… Предчувствие совсем не обмануло меня на его счет. Он не понравился мне с первой нашей встречи, и я… я ему не понравился тоже. Он был высоким, холеным, с брезгливым выражением лица, которое так и кричало: «Ты — грязь под моими ногами». Вид не уступал и характеру нового господина. Он был… мерзкий. Очень высокомерный и достаточно жестокий, чтобы обращаться со мной как с личной прислугой.

— Ты… Кейн?

— Здравствуйте. Эштон Кейн, я его сын…

Я даже не успел протянуть руку, как Кембелл обрубил это желание на корню.

— Сын игромана и алкоголика, — тут же хмыкнул он. — Что ж… Я так понимаю, твой отец увлекся и не приедет лично рассказать мне о доме. Но судя по твоему виду, ты бы не отказался получить оставшуюся часть денег. А мне плевать, кому из Кейнов платить, так что… Гулять я с тобой не собираюсь. Но мне необходима карта. Принеси-ка мне ее побыстрее. Чтобы мы закрыли этот договор без ожидания, пока твой папашка пропьется.

Из него так и брызгало пренебрежение. Я стиснул зубы, но промолчал. То, что отец не забрал какие-то остатки, было доброй вестью… Нам нужны были деньги маме на лекарства, а значит… я принесу ему эту карту.

Пришлось перерыть весь домик, но я нашел то, что когда-то мой прадед рисовал вручную. Отдавать карту было… больно. Но смотреть на хворающую маму — еще больнее. Поэтому я понес карту этому хряку. Говорят, чтобы найти что-то важное в жизни, нужно с чем-то расстаться. В тот день мне казалось, что я отнес кусок своего сердца, предал память своего деда, но… Я встретил ее.

Тогда я увидел ее впервые. Амелию Кембелл, леди Амелию Кембелл. Дочь этого мерзкого гада… Но она была другой. Маленькая, с русыми волосами, круглыми руками, миловидными чертами лица, маленьким носиком, ямочками на щеках и нежной улыбкой. Когда мы столкнулись взглядами, я замер. Она была не похожа на своего отца… Совсем не похожа. В ее глазах не было этого снобизма, этой брезгливости.

— Добрый день, лорд Эштон, — сказала она тихо.

Лорд Эштон… Ко мне так не обращались... Я растерялся, но быстро взял себя в руки.

— Добрый день, леди Амелия, — ответил я.

А потом ее отец фыркнул, бросив на меня полный брезгливости взгляд.

— Он не лорд, — сказал он прямо при мне. — Его отец потерял титул.

Я сжал зубы, но промолчал. Он был прав, но то, как он это сказал… Меня словно кинули в грязь и потоптались.

— Свободен, — кинул он, а после буквально швырнул в меня бумажку с подписанным чеком.

Я успел ухватить листок и тут же глянул на сумму. Там стояла сумма, за которую отец продал наш дом, и остаток, который Кембелл подписал, чтобы я мог снять… Это были копейки! Отец продал дом просто за копейки, а остались копейки еще меньше. У меня внутри все горело. Этот дом, этот лес… Все это стоило гораздо дороже! В сотни раз… Он ведь это понимал. Этот хряк!

— Ну… Я сказал: свободен, — рявкнул он, и мне ничего не оставалось, кроме как развернуться и уйти.

Стоило переступить порог дома, как из него тут же раздались слова:

— Что за фамильярность, Амелия? Ты понимаешь, что своим поведением могла дать неверные сигналы этому... отбросу?