Разумеется, если бы мистеру «Дверь» посчастливилось спровоцировать мутацию врат, разорвав или извратив сплетенную Амоном уязвимость так, чтобы рикошетом ударить по Королю Ангелов из Пути «Мародера» и зашвырнуть Его к черту на рога, Клейн бы клятвенно, от всего сердца благодарил мистера «Дверь» целую неделю напролет.

Пройдя сквозь череду изматывающих фиаско, Клейн кристально ясно осознал свою самую зияющую, фатальную брешь. И крылась она вовсе не в разнице на одну Последовательность или чудовищной пропасти в статусах. Беда заключалась в тотальной потере инициативы. Ему банально не давали времени на раскачку: стоило лишь начать плести кружева подготовки, как Амон безжалостно, словно играючи, обрывал всё на корню.

А для опытного «Мага» выходить на сцену без ювелирно отрепетированного сценария — значит добровольно подписать себе смертный приговор.

Выкрои он шанс расставить декорации без суеты, благополучно выудив из пор истории фантомы мистера Азика, Рейнетт Тинекер и «Змея Судьбы» Уилла Осептина — и даже столкнувшись лоб в лоб с клоном Амона второй Последовательности, пускай стереть ублюдка в порошок было бы не по зубам, он стопроцентно выгрыз бы себе роскошное окно для отступления.

Тем временем источающая умиротворяющее сияние «Багровая лунная корона» вкупе с архаичным «Универсальным ключом» со свистом долетели до бледных световых врат.

Бледно-тусклое марево, вылепившее иллюзорные створки, резко пошло гротескными изломами. Наглухо поглотив оба артефакта, оно налилось багровыми всполохами и с оглушительным треском схлопнулось в ревущий водоворот.

Эта бездонная воронка до боли походила на исполинский, немигающий глаз.

Уже изготовившийся круто развернуться Амон, попав под прицел этого ока, на неуловимое мгновение застыл, словно до Его слуха долетел отчаянный зов старого приятеля.

Увы, эта мимолетная заминка растаяла так же стремительно, как и родилась, будто её отродясь не бывало.

Стоило лишь тяжелому взору Амона скользнуть по Клейну, как юноша в одну секунду напрочь лишился сразу шести Потусторонних талантов!

В этот список вошли: плетение «нитей духовного тела», выуживание исторических проекций из пор истории, «Бумажный двойник», власть над пламенем, подводное дыхание и размягчение костей.

Впрочем, тот факт, что марионетка утратила эти козыри, ни на йоту не вставил палки в колеса дальнейшим финтам самого кукловода.

Ведь та самая крошечная, едва различимая заминка Амона позволила Клейну виртуозно, в идеальный тайминг поменяться местами с болванчиком!

Сыщик благополучно вынырнул в непроглядной мгле за стенами храма. Роящиеся вокруг гротескные бестии синхронно забились в крупной дрожи, покорно оборачиваясь его новоиспеченными марионетками.

На подчинение подобного мусора, не дотягивающего даже до пятой Последовательности, у Клейна уходило от силы пары-тройки секунд. Да и, по правде говоря, плести эти незримые путы он начал еще в тот самый миг, когда только-только выуживал «Багровую лунную корону».

Без малейшей опаски отдавшись во власть благодатного, непроницаемого мрака, Клейн отчаянно силился просочиться в состояние Сокрытия или же благополучно свести счеты с жизнью. Синхронно с этим маневром и сам сыщик, и его новоиспеченная свита болванчиков хищно выбросили руки вперед, вгрызаясь пальцами в густую, сотканную из переплетений истории мглу.

На сей раз он виртуозно разбил своих кукол на три независимые группы. Им поручалось вытаскивать на свет божий фантомы Рейнетт Тинекер, мистера Азика и «Змея Судьбы» Уилла Осептина. Сыщик благоразумно подстелил соломку, до смерти боясь повторения прошлого фиаско, когда выстраданный потом и кровью призыв был внаглую умыкнут Амоном. При подобном же широком неводе оставалась железобетонная надежда, что хотя бы один-два козыря всё же останутся у него на руках.

Разумеется, весь этот план зиждился на одном-единственном допущении: что «Богохульнику» не по зубам умыкнуть сразу несколько исторических проекций за один присест.

И этот факт Клейну еще лишь предстояло проверить на собственной шкуре.

Подлинное тело Клейна вынырнуло из тумана с пустыми руками — личный улов сыщика оказался нулевым.

Те марионетки, что отчаянно взывали к «Змею Судьбы», потерпели тотальное, глухое фиаско. А вот среди болванчиков-«Ученых древности», силящихся выудить из небытия «Консула Смерти» и Рейнетт Тинекер, двое внезапно ощутили, как их руки наливаются свинцовой тяжестью, а мышцы натянулись словно струны.

Сердце Клейна радостно екнуло. В душе вспыхнула дикая, пьянящая мысль: а ведь эта отчаянная авантюра и впрямь имеет все шансы обернуться спасительным, триумфальным побегом!

Но именно в эту самую роковую долю секунды хрустальный монокль, водруженный на глаз Амона, исторг из себя ослепительный, ревущий и вселяющий первобытный ужас шквал света!

Весь мертвый полис вкупе с окрестными речными долинами, холмами и бескрайними пустошами в мгновение ока оказался наглухо затоплен кристально чистым, обжигающим до костей солнечным сиянием. «День», покинувший эти проклятые земли многие тысячелетия назад, вновь триумфально снизошел на них.