Именно поэтому Шарон благоразумно не стала связывать «Короля-Шамана» манипуляциями с его одеждой. В отличие от «Одержимости мстительным духом», для противника, владеющего «Лунной метаморфозой», сбросить такие материальные путы было бы пара пустяков. А уж на вопрос, устыдится ли Караман бегать нагишом, «волшебное зеркало» в свое время выдало безапелляционное «нет».

Опираясь на весь этот массив вводных, соратники выковали идеальный сценарий: Эмлин Уайт обрушивает внезапную лобовую атаку, вынуждая врага пустить в расход своего «Лунного бумажного человечка», что дарует Шарон безупречное окно для «одержимости».

И вот, пока прозрачный стеклянный шар в руках Эмлина вновь наливался ослепительным сиянием, вылепливая кристально чистую, раскаленную добела пику, застывший на шпиле Караман внезапно претерпел пугающую метаморфозу.

Прямо по центру его лба с тошнотворным треском распахнулась вертикальная щель, в недрах которой, казалось, была намертво впаяна кроваво-красная полная луна.

Лунный свет ревущим приливом хлынул наружу. Под его натиском полупрозрачный силуэт Шарон — с её бледно-золотистыми локонами и лазурными глазами — помимо воли девушки начал дюйм за дюймом выдавливаться из плоти Карамана.

Сбросив свинцовое оцепенение, «Король-Шаман» с горем пополам вернул себе подвижность. Купаясь в лучах багровой луны, он слился в единый кровавый сгусток и с хрустом разлетелся на мириады сияющих чешуек.

Его фигура стремительно пересобралась на соседнем шпиле храма, а за спиной по-прежнему маячил призрачный фантом Шарон в готическом платье. Тем временем сотворенное Эмлином «Копье Неомраченного» со свистом прошило опустевшее пространство. Умчавшись вдаль, оно разорвалось прямо в небесах, обернувшись ослепительной, миниатюрной сверхновой.

Всю портовую столицу в одночасье залило первозданным, дневным светом.

Синхронно с этим правое плечо Карамана судорожно заизвивалось. Нечто жуткое, с треском распоров черную мантию, выпросталось наружу.

То был ювелирно сработанный кукольный человечек мужского пола, размером не больше ладони. Одетый в темно-багровый камзол с золотой вязью, он зиял лишь двумя провалами вместо глаз — словно кто-то безжалостно выковырял их.

Устроившись на плече мастодонта, кукла вскинула крошечные ручки. Её десять пальцев принялись неистово, безостановочно перебирать воздух, будто наигрывая на незримом инструменте.

Силуэт Шарон мгновенно отшвырнуло прочь от спины Карамана, словно девушку вышвырнула какая-то чудовищная, непреодолимая сила отторжения.

Эмлин же физически ощутил, как собственная одежда резко съежилась, наглухо, словно смирительная рубашка, спеленав его по рукам и ногам.

Даже его галстук-бабочка обрел зловещую искру жизни, хищно стянувшись на горле и вознамерившись удушить вампира прямо в полувоздухе.

Этот гротескный гомункул являлся Запечатанным артефактом первого класса, любезно ссуженным Караману Школой Розы. Он гордо именовался «Генералом без глаз» и представлял собой посмертную реликвию, выкристаллизовавшуюся после внезапной, нелепой гибели одного из полубогов четвертой Последовательности из Пути «Мутанта».

Артефакт таил в себе животную искру жизни: повинуясь воле хозяина, он мог играючи брать под контроль одушевленных тварей или вдыхать зловещую волю в мертвые предметы. Вот только в обыденности владельцу приходилось денно и нощно скармливать ему собственную плоть и кровь, иначе в пустых глазницах куклы начали бы неумолимо прорастать новые глаза.

А стоило бы реликвии восстановить свою целостность, как она неминуемо обернулась бы слетевшим с катушек злым духом. Тварь открыла бы маниакальную охоту на своего же хозяина, питая глухую, первобытную ненависть ко всему роду людскому.

В тот самый миг, когда Эмлин уже явственно расслышал хруст собственных, сдающихся под прессом костей, обжигающий его душу «Белоснежный взор» вновь полыхнул кристально чистым светом. Артефакт разом залил всю округу, вылепив из нее царство абсолютного света, напрочь лишенное теней и скверны.

Власть «Генерала без глаз» над одеждой вампира тут же с треском оборвалась.

Увы, Караман к этому моменту уже успел невнятно выплюнуть какое-то слово. Расплывшись в садистской ухмылке, он хищно выбросил руки вперед, силой вытянув прямо из пустоты призрачные, подернутые дымкой врата, сплошь испещренные диковинной мистической вязью.

То были «Врата Призыва»!

Третья Последовательность Пути «Луны» гордо носила титул «Мастер Призыва»!

Караман, чей ранг барахтался лишь на ступени «Короля-Шамана», купаясь в лучах впечатанной в лоб кровавой полной луны, умудрился виртуозно, в обход правил завершить этот Призыв!

Впрочем, этот финт не прошел даром для его ауры: ледяной рассудок старца изрядно померк, а первобытное безумие проступило куда более кричаще.

Под призрачный, режущий слух скрип «Врата Призыва» приоткрылись, образовав узкую щель.