Под ослепительные всполохи выстрелов снаряды градом обрушились на поле брани. С оглушительным грохотом они разрывались на куски, исторгая из себя клубы густого, непроницаемого мрака.

Растерзанные трупы, попавшие под этот шквал, либо мгновенно разлетались в пыль, либо бессильными кулями валились наземь, благополучно возвращаясь к вечному сну.

Заприметив этот крах, затаившийся в тылу мятежников таинственный незнакомец в черной мантии с глубоким капюшоном плавно вскинул руки, словно в экстазе готовясь заключить в объятия висящую в вышине багровую луну.

В ту же секунду его плоть стремительно истончилась, налилась бледно-красным оттенком и переродилась в призрачный, мерцающий луч лунного света.

Этот луч тут же с хрустом разлетелся вдребезги, осыпавшись мириадами алых чешуек, которые бесследно растаяли в пустоте.

«Лунная метаморфоза»!

Подобным паранормальным талантом мастодонты Пути «Аптекаря» обзаводились еще на пятой Последовательности, обретая титул «Багрового Ученого». А уж для «Короля-Шамана» четвертого ранга этот фокус и вовсе стал въевшимся, безупречным инстинктом.

Тем временем на том самом месте, где лишь мгновение назад стоял колдун, стремительно вырисовался совершенно иной человеческий силуэт.

Взору предстала исполинская тряпичная кукла. Её золотистые волосы резко контрастировали с пронзительными, кроваво-красными глазами. Облаченная в черное готическое платье, сплошь испещренное первобытной вязью символов и туго оплетенное зловещими лозами, она щеголяла мертвенной кожей, напрочь лишенной присущего живым людям живого блеска.

Рейнетт Тинекер!

Пустив в ход «Звездный Жезл», Она выудила из небытия саму себя — в Своей подлинной, безупречно целой форме.

Разумеется, та реликвия, что Клейн ссудил госпоже посланнице, была отнюдь не фантомом, а самым настоящим, подлинным «Звездным Жезлом», который юноша загодя вытащил из таинственных чертогов над серой мглой прямиком в реальный мир.

В противном случае алгоритм вышел бы до одури перегруженным: историческая проекция самого Клейна призывает фантом «Звездного Жезла», а тот, в свою очередь, вытягивает из прошлого пиковую форму Рейнетт Тинекер. Взвали сыщик всё это свинцовое бремя на плечи «Фокусника» Форс — и духовность девушки выгорела бы дотла в считанные мгновения.

Вручив же оригинал «Звездного Жезла» во временное пользование самой Рейнетт Тинекер, он виртуозно обходил эту фатальную преграду, возлагая все колоссальные энергозатраты на плечи самой «Древней Скверны».

Ко всему прочему, Рейнетт Тинекер, пожалуй, числилась среди тех редких сущностей, кому было абсолютно плевать на пагубные побочные эффекты этой реликвии.

Будучи непререкаемым авторитетом фракции Умеренности, эдакой живой «Марионеткой» и «Тряпичной куклой», Она могла играючи наглухо выжечь из Своего разума любые случайные образы. А уж когда Она просачивалась в состояние Сокрытия, «Звездный Жезл» напрочь лишался возможности вставить палки в колеса Её исторической проекции.

Минутой ранее целая и невредимая Рейнетт Тинекер вознамерилась подкрасться под покровом теней и с ходу подавить «Короля-Шамана» из Школы Розы одержимостью, дабы молниеносно поставить в схватке точку. Увы, ублюдок звериным чутьем запеленговал угрозу и, оседлав лучи лунного света, виртуозно ускользнул от «Одержимости мстительным духом».

В заливающем землю багровом сиянии вдалеке стремительно, чешуйка за чешуйкой, вновь соткалась фигура «Короля-Шамана» в черной мантии с капюшоном. Он наглухо зажмурился, до смерти боясь даже мельком взглянуть на возвышающуюся напротив «Древнюю Скверну».

Синхронно с этим на другом фланге поля брани пулей вырисовался еще один силуэт. То был не кто иной, как Герман Воробей, щеголяющий в черном суконном плаще и полувысоком цилиндре. На его левой руке туго сидела полупрозрачная перчатка, а правую он изящно вскинул, издав звонкий щелчок пальцами.

По всей округе мгновенно, словно по команде, взметнулись снопы яростного алого пламени, будто возвещая о начале грандиозного, кровавого спектакля.

Едва «Король-Шаман» благополучно собрал свою плоть воедино, он хищно выбросил левую руку и с треском разорвал мантию на груди. В этот самый миг его отражение уже намертво впечаталось в кроваво-красные зрачки Рейнетт Тинекер.

При штатном раскладе этот мастодонт Школы Розы уже в следующую секунду должен был мутировать в жалкого кролика или козла, напрочь лишившись львиной доли своих талантов и мощи. Однако его тело лишь едва уловимо полыхнуло тусклым светом, так и не претерпев ни малейших метаморфоз.

На обнаженной груди сектанта красовался намертво впаянный в плоть вытянутый, буро-желтый деревянный идол.

Казалось, эта деревяшка проросла прямо из нутра «Короля-Шамана», пустив корни глубоко во внутренние органы. Её вырезанные глаза и рот скалились полумесяцами, а поверхность была щедро усеяна иссохшими цветами и пожухлой травой. В бледном свете луны этот оберег источал поистине первобытную, леденящую жуть.

Внезапно кукла налилась кричащим, багровым оттенком, словно до краев пропитавшись свежей кровью.