— В таком случае, моей личной мишенью станет совершенно иной «Король-Шаман». И эта охота никак не пересечется с вашими потугами.

Суровому джентльмену совершенно не требовалось разжевывать всё до мельчайших деталей. «Луна» Эмлин, «Отшельник» Катлея вкупе с остальными резидентами ложи с полуслова раскусили его гениальную многоходовочку.

Замысел был до гениального прост:

Герман Воробей бросается в лобовую атаку на второго «Короля-Шамана», добровольно и внаглую шагая прямо в расставленный капкан. Тем самым он стягивает на себя львиную долю затаившихся в засаде сил Школы Розы. А в это самое время «Луна» в тандеме с адептами фракции Умеренности, улучив идеальное окно, берут подлинную мишень в глухое кольцо и стирают её в порошок.

— А не слишком ли это суицидальная затея? — на чистых инстинктах выпалил Эмлин.

Разумеется, под фатальной угрозой вампир подразумевал отнюдь не себя, а Германа Воробья, взвалившего на свои плечи бремя детонатора чужой мышеловки.

На что «Мир» Герман Воробей ответил с ледяным, пробирающим до костей спокойствием:

— Под удар пойдет лишь исторический фантом.

Сгинет — ну и дьявол с ним…

Услышав столь циничный, железобетонный вердикт, «Луна» Эмлин, «Звезда» Леонард и остальные члены Клуба Таро впали в искренний ступор, решительно не представляя, какую мину скорчить. То ли благоговейно восторгаться тем, что полубог третьей Последовательности — это воистину птица заоблачного полета, то ли исходить жгучей завистью к читерским талантам «Ученого древности».

Клейн же, не давая паузе затянуться, велел своей марионетке продолжить:

— Если же эти фанатики почуют неладное в моем внезапном налете и бросят на перехват лишь жалкие крохи сил, сохранив костяк засады нетронутым, я попросту сменю тактику. Я вознамерюсь стереть этого «Короля-Шамана» в порошок грубой силой, превратив ложную мишень в самую настоящую. В конце концов, вам-то позарез нужны лишь трофеи, и плевать вы хотели, с чьего именно трупа они будут содраны.

«План бесхитростный, но бьет точно в яблочко… Вся его монолитность зиждется на одном фундаменте: Герман Воробей обязан козырять поистине заоблачной, всесокрушающей мощью. Такой, чтобы даже столкнувшись лоб в лоб с ангелом, он мог играючи дать отпор…» — «Справедливость» Одри, скрупулезно мотая на ус уроки интриг, вынесла мысленный вердикт.

«Луна» Эмлин, чьи последние крупицы сомнений благополучно испарились, погрузился в секундные раздумья и произнес:

— Дабы избежать форс-мажоров, перед самым стартом операции нам кровь из носу надлежит пересечься с ребятами из фракции Умеренности и отшлифовать все детали до кристального блеска.

«Мир» Герман Воробей ответил коротким, утвердительным кивком:

— Бразды организации остаются в ваших руках.

Едва обсуждение этого дельца сошло на нет, Клейн силой мысли заставил двойника «Мира» соткать из пустоты стопку бумаг и небрежным жестом разослал их всем резидентам ложи:

— В обозримом будущем мы с парочкой весьма влиятельных сущностей вознамерились открыть кровавую охоту на одно мифическое существо. Если у вас найдутся свежие идеи или рабочие гипотезы на этот счет — я весь во внимании.

На пергаменте черным по белому красовалось исчерпывающее досье на Темного Демонического Волка Котара: психологический профиль, излюбленные повадки, а также дотошный анализ, ювелирно проведенный мисс «Справедливостью».

Сыщик отчаянно жаждал выудить хоть каплю свежего озарения, столкнув лбами столь разношерстную публику с их уникальным багажом знаний и взглядами на мир.

«Мифическое существо… Господин „Мир“ уже замахивается на дичь столь хтонического калибра⁈» — «Повешенный» Элджер, который в последнее время предпочитал отсиживаться в глухой тени, не удержался и вскинул ошарашенный взор в самый конец изъеденного патиной длинного бронзового стола.

И пускай моряк давно морально подстелил соломку, свято веря, что даже если Герман Воробей прямо сейчас объявит себя ангелом во плоти, он и глазом не моргнет. Вот только воочию убедившись, что суровый авантюрист всерьез берет на мушку полновесное мифическое создание, Элджер всё же почувствовал, как по спине пробежал первобытный холодок.

«Отшельник» Катлея испытала схожий, леденящий трепет, однако в памяти пиратки ослепительной вспышкой воскресли Змей Судьбы, Консул Смерти и то самое Древнее Зло.

Эти мастодонты безупречно ложились в канву тех загадочных «влиятельных сущностей», о которых вскользь обмолвился Герман Воробей.

А уж если в одну упряжку впрягутся трое ангелов вкупе с божественным благословенным третьей Последовательности — подобная охота на мифического монстра покажется сущим пустяком, рутиной!

Взоры резидентов один за другим плавно оторвались от дальнего конца изъеденного патиной длинного стола, сменяясь глубокой сосредоточенностью при чтении розданных досье.