— Рубить сплеча и выдавать железобетонный вердикт прямо сейчас совершенно ни к чему. Вернувшись в материальный мир, вы вольны прощупать почву, наведя мосты с нужными людьми.

Его пристальный, многозначительный взгляд скрестился со «Звездой» Леонардом и «Отшельником» Катлеей. Юноша отчаянно уповал, что они смогут выудить парочку дельных советов у куда более матерых мастодонтов — Паллеса Сороастра и «Королевы Мистики» Бернадетт.

Что же до него самого, то он вознамерился, оседлав проекции из пор истории, благополучно катапультироваться обратно в Баклунд, дабы бить челом госпоже посланнице, Уиллу Осептину и предводительнице аскетов Арианне.

«Вот она, изнанка судьбоносных решений: перед броском устроить масштабный консилиум среди ангелов и тех, кто в шаге от их престола…» — Клейн не удержался от едкой мысленной шпильки в свой собственный адрес.

Внимая этим наставлениям, «Звезда» Леонард вкупе с «Отшельником» Катлеей синхронно, с готовностью закивали:

— Будет исполнено.

Вслед за этим резиденты Клуба Таро переключились на сводки с различных фронтов бушующей войны. Свободное общение плавно текло своим чередом, вплоть до самого финала собрания.

…………

Благополучно низвергнувшись обратно в реальность, Леонард, отдыхающий в глубоких подземельях собора Святого Самуила, предельно понизив голос до глухого шепота, вкратце обрисовал суть проблемы Клейна. Под занавес поэт поинтересовался:

— Старик, подкинешь парочку дельных советов?

— Выходит, он наложил лапы на ту самую характеристику «Чудотворца», что пылится в «Земле, покинутой богами»… — Паллес Сороастр на мгновение опешил, но тут же раскатисто, с изддевкой рассмеялся. — Передай своему бывшему сослуживцу: разрубить этот гордиев узел в одиночку ему банально не по зубам. Мой единственный, железобетонный совет — пусть бьет челом и вымаливает божественную подмогу у самого господина «Шута»!

Леонард, знающий повадки древнего паразита как облупленные, торопливо закинул удочку:

— И это всё? Других лазеек нет?

Паллес Сороастр лишь презрительно фыркнул:

— Речь идет о мифической бестии, которая умудрилась обвести вокруг пальца даже самого Амона. Без вмешательства «Шута» ловить там откровенно нечего.

Лишь выслушав этот вердикт, Леонард тяжело кивнул. Издав сокрушенный вздох, юноша проронил:

— Сдается мне, иного выхода и впрямь нет…

…………

Спустя двое суток. За какие-то жалкие две минуты до рандеву, назначенного между «Луной» Эмлином и Маричем.

«Фокусник» Форс, уютно свернувшись калачиком в кресле-качалке подле пышущего жаром камина, навострила уши, прислушиваясь к шорохам на втором этаже. Переведя взгляд на свою давнюю подругу Сио, писательница произнесла:

— Если эта мировая мясорубка продолжит набирать обороты, Баклунд почти стопроцентно хлебнет еще не одну волну бомбардировок. Ты и впрямь не собираешься переправить матушку с братом от греха подальше, в какую-нибудь деревенскую глушь?

Светло-русые волосы Сио были коротко и асимметрично острижены, но уложены волосок к волоску. В сравнении с минувшим годом девушка ощутимо заматерела. От нее так и веяло свинцовой суровостью и железобетонной аурой Арбитра, словно она была доблестным рыцарем-командором, ведущим в бой целую кавалерийскую армаду.

Слегка замявшись, охотница за головами ответила:

— Окрестные села и без того трещат по швам от беженцев, их лимит вычерпан до дна. К тому же, пока я числюсь в МИ-9, казенных пайков нам хватает с лихвой.

Выдержав короткую паузу, она добавила:

— Но если пламя войны всё же слизнет Баклунд, я уповаю на тебя. Прихвати их и через «Странствие» уноси ноги прямиком в Интис или Фейнапот…

— Сдается мне, иного выхода и впрямь не предвидится… — Форс только-только изготовилась потравить байки о своем недавнем вояже в Интис за бакалеей, как тишину внезапно разорвал оглушительный трезвон будильника.

Девушка судорожно вздрогнула, словно от разряда тока, и молниеносно выпрямилась. Выбросив вперед правую руку, запястье которой украшала алая нить, она сделала хищное хватательное движение прямо в пустоте.

Её рука вмиг налилась свинцовой тяжестью, и из небытия на свет божий вынырнул Герман Воробей, щеголяющий в черном суконном плаще и шелковом цилиндре, но на сей раз без своих привычных очков.

Зрачки этого сурового авантюриста едва уловимо дрогнули. Исторический фантом обрел искру сознания, тем самым виртуозно обрубив чудовищную утечку духовности самой мисс «Фокусника».

Отвесив короткий, ледяной кивок, он позволил перчатке на левой руке стремительно налиться прозрачностью.

Не прошло и секунды, как Герман Воробей пустил в ход «Телепортацию», бесследно испарившись из съемной квартиры Форс и Сио.

«…» Форс впала в глухой ступор. Лишь спустя приличное время девушка медленно повернула голову к Сио. Уголки её губ нервно дрогнули, и она выдавила: — Порой мне кажется, что я здесь — просто удобный инструмент…

…………