Пагубная отдача «Шкатулки Былых Времен» бьет в лоб: носитель рискует в любой миг бесследно испариться, сыграть в ящик или мутировать в нечто невообразимое. А если хозяина нет, эта дрянь примется косить всё живое в округе, опираясь на близость и габариты. Радиус поражения — точь-в-точь как на первом ярусе… Воистину, все эти Запечатанные артефакты нулевого класса — ходячие апокалипсисы. Одно неверное движение — и они играючи стирают с лица земли целые мегаполисы, перемалывая в фарш сотни тысяч жизней. Немудрено, что их кутают в жесточайшие, параноидальные печати под девизом: не смотри, не выпытывай, не описывай…

Те бедолаги, что канули в Лету, судя по всему, оказываются намертво привязаны к локациям второго яруса…

Тот факт, что «Святой Тайн» Бутис отважился таскать эту дрянь с собой, объясняется банально: он заручился благодатью самого «Ангела Судьбы» Уробороса, виртуозно срезав шансы на фатальную отдачу до минимума. И всё же даже он до смерти боялся передержать шкатулку, ведь божественный щит неумолимо истончался… Выходит, то, что он так и не смог вынырнуть из оцепенения и благополучно унести ноги через «Телепортацию», тоже было завязано на иссякшую фортуну… Да уж, пустить в расход мастодонта, под чьей спиной маячит великая фракция — задачка воистину зубодробительная…

А леди «Отшельник», стоит отдать ей должное, проявила себя как прожженный, ледяной прагматик. Не стала лезть на рожон и лапать реликвию голыми руками, слепив незримого прислужника. Да еще и пулей, не теряя ни доли секунды, сбагрила этот артефакт нулевого калибра прямиком на мой алтарь…

В теории, я мог бы играючи выудить из пор истории фантом, чтобы таскать эту дрянь. Плевать, если проекция сыграет в ящик, испарится или пойдет мутациями — мне от этого ни холодно ни жарко. Вот только тайминги подобного использования вилами по воде писаны. Разве что загодя ударить челом Уиллу Осептину, выпросив Его благословение…

Запечатать её в мире духов — это лишь полдела. Потребуется ювелирно вырезать там глухой, сокрытый ломоть пространства. А уж затем — методично, по расписанию заливать туда самую заурядную воду. Пусть «Шкатулка Былых Времен» от скуки перемалывает в фарш микробов… Такого легиона «жертв» хватит с лихвой, чтобы надолго утолить её жажду… Нащупав эту нить, можно выковать еще целую прорву надежных печатей…'

Разобравшись в общих чертах с подноготной «Шкатулки Былых Времен», Клейн устремил тяжелый взгляд на этот Запечатанный артефакт нулевого класса. Внезапно он поймал себя на мысли: тот самый третий ярус больше не источал былой свинцовой тяжести, напрочь отбивавшей всякую надежду на вскрытие.

Интуиция настойчиво шептала: стоит лишь протянуть руку, сбросить оковы подавляющей мощи «Замка Истока», и створки нижнего отсека поддадутся играючи, без малейшего сопротивления.

«…До чего же первобытный, сводящий с ума соблазн…» — титаническим усилием воли оторвав взор от артефакта, юноша небрежным взмахом кисти зашвырнул «Шкатулку Былых Времен» прямиком в дальний угол, где пылилась гора оккультного хлама.

Плевать, нулевого она калибра или нет — пусть для начала поваляется там и остынет!

'Такая леденящая душу реликвия просто обязана щеголять казенным индексом, дабы блюсти свой заоблачный статус. Какая досада, мне совершенно невдомек, до какой цифры дошел счет артефактов нулевого класса у великой семерки Церквей. Вряд ли их там больше полусотни… Что ж, нареку-ка я эту дрянь «0–61», а уж потом, если припечет, подкорректирую нумерацию…

Вздумай леди «Отшельник» спасовать перед ковкой надежных печатей, эту самую «0–61» можно благополучно схоронить прямо здесь, над серой мглой. А как припечет — выуживать по запросу. Само собой, лишь предварительно выбив благословение у Уилла… И когда же, во имя всех богов, мой титул «Короля Желтого и Черного, владыки удачи» перестанет быть пустой бравадой и обретет подлинный вес? На ступени «Чудотворца» наверняка перепадет кроха власти, да и «Слуга Тайн» тоже должен подкинуть толику…' Вдоволь потешив себя этой горькой иронией, сыщик перевел внимание на Потустороннюю характеристику, оставшуюся после гибели «Святого Тайн» Бутиса.

Внешне реликвия до боли напоминала кристалл. В её недрах непрестанно, калейдоскопом преломлялись мириады ослепительных лучей, выплетая одну за другой иллюзорные, дышащие первозданным сиянием врата.

Пронзив камень тяжелым, немигающим взглядом на пару долгих секунд, Клейн внезапно, резким щелчком кисти подбросил характеристику в полувоздух.

Сокрушительная мощь «Замка Истока» в тот же миг зашлась в неистовом кипении. Повинуясь волевому импульсу юноши, она вылепилась в осязаемую, полупрозрачную приливную волну и с первобытной яростью обрушилась прямиком на парящий кристалл.

Реликвия с оглушительным хрустом разлетелась вдребезги, осыпавшись неисчислимым роем крошечных светящихся искр. Из её нутра тут же хищно поперли клубы непроницаемо-черного, гнилостного газа. Впрочем, под сводами «Замка Истока» эта леденящая скверна лишь судорожно заизвивалась и в считанные мгновения выгорела дотла, бесследно растворившись в пустоте.

Опираясь на незыблемый Закон притяжения Потусторонних характеристик, россыпь мерцающих искр принялась медленно, неумолимо стягиваться обратно. Спустя какую-то жалкую минуту они благополучно сплавились воедино, вновь выковав тот самый ослепительный, фантасмагорический кристалл, который мягко опустился прямо в раскрытую ладонь Клейна.

Ментальная порча, отравлявшая его суть, была выжжена без остатка.