Катлея напоследок обвела развороченную рощу цепким взглядом. Резонно рассудив, что господин «Шут» почти стопроцентно предпочитает добавлять в подобные действа толику театральной торжественности, она выудила из потайного кармана одну-единственную карту и небрежно метнула её в самый эпицентр осевшей воронки.

Картон лезвием вонзился в сырую землю наполовину. На лицевой стороне красовался одинокий, опирающийся на посох старец, бредущий сквозь мрак с зажатым в руке стеклянным фонарем.

Карта Таро — аркан «Отшельник».

Глава 1200 Случайность

Спустя некоторое время воздух над рухнувшим лесом внезапно с треском разорвался, обнажив иллюзорные, дышащие мистикой врата.

Створки абсолютно бесшумно распахнулись, и наружу плавно шагнул черноволосый мужчина с пронзительными золотистыми глазами. Облаченный в безупречно сидящий фрак, он источал ауру зрелой, утонченной привлекательности.

Не успел новоприбывший даже окинуть взглядом место побоища, как по ушам ударил оглушительный хлопок, а следом обрушился шквал ураганного ветра. В следующее мгновение поодаль соткался силуэт мужчины средних лет, чья подавляющая аура заставляла кровь стынуть в жилах.

Этот человек отличался весьма массивными мочками ушей и жесткой, непослушной темно-синей шевелюрой. А в бездонной глубине его глаз, казалось, яростно плясали мириады молний.

То был не кто иной, как кардинал Церкви Повелителя Бурь, архиепископ Баклундской епархии — «Жрец Глубокой Синевы» Редар Валентин.

Священнослужитель, облаченный в глухую черную сутану, щедро расшитую символами шторма, бегло прочесал округу цепким взором. Устремив тяжелый взгляд на златоглазого незнакомца, он пророкотал голосом, подобным грозовому раскату:

— Селт, что здесь, дьявол побери, стряслось?

Мужчина по имени Селт лишь отрицательно покачал головой:

— Я и сам только-только прибыл.

Не успело эхо его слов растаять в воздухе, как с противоположной стороны прямо из пустоты вынырнуло исполинское, сродни горному пику, почти прозрачное духовное тело. Оно бережно опустило в полувоздухе еще один человеческий силуэт.

Новоприбывший щеголял в черной сутане с алыми вставками. Гладкое, чисто выбритое лицо и бездонные, дышащие первозданной тишиной глаза безошибочно выдавали в нем главу Баклундской епархии Церкви Богини Вечной Ночи, святого Энтони Стивенсона.

Исполинский дух, блестяще справившись с поручением, в мгновение ока съежился и юркнул прямиком в рот святого Энтони. Синхронно с этим за спиной архиепископа соткался иной, жутковатый фантом: его лицо наглухо скрывала густая смоляная шевелюра, а нижняя часть тела терялась в призрачной дымке. Дух мертвой хваткой вцепился в плечи своего хозяина, не давая тому рухнуть вниз.

Секунду спустя со стороны Баклунда с ревом вырвался неистовый воздушный поток, толкая перед собой еще одну фигуру, которая на бешеной скорости мчалась прямо к месту бойни.

Вскоре силуэт резко затормозил. Этим гостем оказался старец с донельзя кротким и благообразным лицом, облаченный в белоснежную пасторскую рясу и мягкую шапочку священнослужителя.

Ревущий поток за его спиной тотчас иссяк, а мерцающие холодным блеском массивные стальные сопла абсолютно бесшумно втянулись обратно в его плоть.

То был не кто иной, как архиепископ Баклундской епархии Церкви Бога Пара и Машин, член Божественного Совета — Хорамик Хайден.

Диковинным образом застыв в невесомости, он обвел собравшихся пытливым взглядом и проронил:

— Положа руку на сердце, мясорубка здесь разыгралась не то чтобы эпохальная, однако можно с железобетонной уверенностью констатировать: бой шел на уровне святых.

— А уж эта остаточная скверна… воистину, не поддается никакому описанию…

Пока он вещал, все четверо полубогов синхронно опустили головы, устремив тяжелые взоры в самое сердце развороченного леса.

Прямо в землю там была намертво вбита карта Таро. С картона на них взирал одинокий старец, опирающийся на посох и сжимающий в руке стеклянный фонарь.

Аркан «Отшельник»!

Редар Валентин, Селт, Энтони и Хорамик вмиг провалились в глухое, звенящее безмолвие. На несколько томительных мгновений ни один из мастодонтов не отважился проронить ни звука.

…………

В таинственных чертогах монументального древнего дворца над серой мглой Клейн, сурово сдвинув брови, сверлил немигающим взглядом лежащую перед ним «Шкатулку Былых Времен».

Стоило лишь этому Запечатанному артефакту нулевого класса оказаться на жертвеннике, как весь «Замок Истока» содрогнулся от чудовищной аномалии, забурлив, словно доведенная до кипения вода.

Подавляющая, первобытная мощь хлынула сама по себе, вздымаясь клубами пара и сливаясь в ревущий поток. Эта лавина наглухо затопила «Шкатулку Былых Времен», спеленав её слой за слоем и сковав железобетонными путами.