Мои уши буквально поворачиваются в сторону знакомого голоса. Он звучал приглушенно, будто говорящий находился за закрытой дверью, а не запертый в зарешеченных камерах. Пробираюсь к другому концу коридора и нахожу дверь, спрятанную в тени. Открываю ее и вхожу внутрь.

Должно быть, здесь медицинская зона корабля. Трое Скотов сидят пристегнутые к стульям, выстроенным вдоль стены ближе к двери. Четвертый лежит на металлическом столе, руки и ноги зафиксированы кожаными ремнями, пока какой-то мужчина склоняется над ним. Когда мужчина понимает, что у него есть зритель, он выпрямляется и моргает на меня из-за толстых очков.

— Вам нельзя здесь находиться, — говорит он. — Только команда и Скот.

Продвигаюсь вперед, надеясь, что моего властного тона будет достаточно, чтобы убедить его.

— Скоты для третьей игры?

— Для четвертой, — говорит мужчина. — Уже зашил ублюдков для третьей.

Смотрю на стол и вижу, что прервала урок шитья. Толстая нить свисает с длинной иглы в руке. Кровь капает из точечных ранок вокруг рта Скота.

Поворачиваюсь к трем Скотам, сидящим у двери, и замечаю Касла.

— Возможно, Вы не в курсе, но я Исповедница. Мне важно понимать их преступления. Иначе не смогу убить. Не могли бы мы пройти в отдельную комнату, чтобы я могла с ним поговорить? — улыбаюсь и хлопаю ресницами, пытаясь приподнять декольте повыше. — Я была бы очень признательна.

Он окидывает меня взглядом, затем смотрит мимо меня, на дверь.

— Может, стоит сначала поговорить с Джимом. Откуда мне знать, что Вы не одна из федералов?

Немного удивлена его вопросом. Разве он не должен хотеть, чтобы федералы помогли ему выбраться из ловушки смерти? Вместо этого он видит в нас врагов. Если подумать, Гэри, казалось, тоже был вполне доволен своим нынешним положением, а он даже не был преступником.

— Прекрати, Фрэнки. Вот почему так важно поговорить с Каслом наедине. Ты теряешь хватку, девочка, — говорю сама себе.

— Стал бы федерал делать это? — не моргнув глазом – а это, блядь, подвиг, я вам скажу – выхватываю иглу у него из рук, зажимаю между пальцами и превращаю пах Скота в подушечку для булавок. Вонзаю острый конец сквозь ткань, пока он не встречает кожу, отвратительное количество раз, прежде чем бросаю иглу на извивающийся живот Скота. — Удовлетворены?

Мужчина сглатывает.

— Почти…

О, блядь, у него стояк. Трудно не заметить в этих гребаных лосинах. Тот факт, что его член так агрессивно тянется ко мне, не помогает.

— Что ж, пусть это послужит вам уроком. Не связывайтесь с Исповедницей, — говорю, прежде чем жестом велю мужчине освободить Касла. Чем скорее смогу убраться подальше от мясистого указующего жезла, тем лучше.

Он снова смотрит на дверь, прежде чем фыркнуть и освободить талию Касла от цепи. Убедившись, что запястья и лодыжки связаны, он кивает, чтобы я уводила его.

Сохраняя самообладание – опять же, огромное достижение, – спокойно выхожу из комнаты с Каслом на буксире. Как только дверь за ним закрывается, он пытается заговорить, но я заставляю его замолчать одним взглядом. Пока он медленно умирает внутри, я поворачиваюсь и продолжаю идти. Уступать женщине – не в его стиле, но сегодня он научится. Я больше не та Призрак, которую Касл оставил в аэропорту четыре дня назад.

Иду по коридорам, делая вид, что знаю, куда следую, но к тому времени, как пробую третью запертую дверь, становится ясно, что я заблудилась. Неужели на этом проклятом корабле нет ни одного, блядь, места, где можно уединиться? Наконец, четвертая дверь открывается, и мы входим в подсобку, заставленную уборочным инвентарем. Дверь щелкает, и я запираю ее на всякий случай, прежде чем повернуться к Каслу.

— Грязная ты, блядь, сучка, — цедит он сквозь стиснутые зубы. — Ты всё знала с самого начала. Поэтому позволила мне играть роль преступника. Хотела, чтобы я умер, чтобы наконец-то подняться по карьерной лестнице.

— Касл, уверяю тебя, я понятия не имела.

— Херня! — он дергает плечами. — Развяжи мне, блядь, руки.

— Я не могу этого сделать.

— Какого хрена ты не можешь. Я отказываюсь умирать на этом корабле. Развяжи мне, блядь, руки, и мы выберемся отсюда вместе. Встретил здесь одного парня. Он не из нашего отдела, но я ему доверяю. С его помощью мы сможем выбраться отсюда.

То, что он говорит, звучит неплохо, и есть шанс, что несколько федералов тоже играют роль Грешников на палубе. Если мы все будем работать как команда, сможем одолеть почти всех на борту, кроме большого шотландского парня. И большого британского парня. И его задорного, блядь, брата.

И Маверика.

Ладно, может, его план – вовсе не план.

— Нет, — говорю я.

Глаза Касла расширяются, когда он слышит в моем голосе отсутствие сомнений.

— Ты, блядь, не серьезно. Призрак, они убьют меня. Ты видела, что они делают.

Да, видела, и мне это не нравится, но не хочу, чтобы Маверик попал под перекрестный огонь. Если завершу миссию и мирно возьму Джима, никто не пострадает. Может быть, даже Касл останется жив.