Холодная вода бьет в шею и заливается прямо под топ, пропитывая грудь и спину. Руки отпускают перила, инстинктивно взлетая вверх, когда ледяная дрожь пронзает позвоночник. Корабль снова качает, и меня швыряет в сторону. Прежде чем врезаюсь в палубу и разбиваю себе череп, приземляюсь на нечто гораздо более мягкое. Но всё еще довольно твердое. Тонкая одежда не скрывает поджарых мышц.

— Я держу тебя, — говорит Маверик, удерживая меня.

— Спасибо.

Моргаю, чтобы прочистить голову, пока сильные руки удерживают меня в вертикальном положении. Когда волна головокружения отступает, хватаюсь за перила и оглядываюсь. Ева помахивает маленьким металлическим ведерком, которое теперь пусто.

— Извини, милая, но перегрев не поможет при укачивании. Просто пытаюсь помочь.

Киваю ей, слишком больная, чтобы говорить.

Маверик отпускает мою руку, оставляя одну ладонь на противоположном бедре. Я не могу сказать, пытается ли он прижаться ко мне или помочь, и не уверена, что это имеет значение. Рада в любом случае. Улыбка вырывается из меня, не могу ее остановить.

Маверик смотрит на меня сверху вниз, лениво ухмыляясь.

О боже. О боже, нет.

Кое-что еще вырывается из меня. И это я тоже не могу остановить.

Одной рукой держась за перила, поворачиваю голову и извергаю фонтан рвоты в море. Надеюсь, рыбам понравится сэндвич с горячей ветчиной, который мы ели во время поездки на катере к пиратскому кораблю.

Теперь, когда меня вырвало, холодный пот наконец прошел. Поворачиваюсь к Еве, которая, кажется, одна из немногих, кого совсем не укачивает.

— В чем твой секрет? — хриплю я.

Она пожимает плечами и зажимает ведро под мышкой.

— Хорошие гены, полагаю. Как и у Рози, Маверика и Беннета. Кажется, мы единственные четверо, кого не коснулась морская болезнь.

Она права. Кендра и Эзра жмутся у одной из мачт, оба бледнее обычного. Беннет хлопочет вокруг Кэт, которую не перестает выворачивать с тех пор, как мы отплыли. Рози порхает между Эйвеном и Гримом, которые сидят на палубе, свесив головы между согнутых колен. Она прикладывает влажную ткань к их шеям, время от времени выжимая ее в ведро с ледяной водой.

— Это полный провал, — говорю я. — Как мы должны устроить шоу, когда семьдесят пять процентов из нас выбыли из строя?

Джим приближается справа. Хотя Маверик предупредил нас о своей трансформации, всё равно удивительно видеть Черную Бороду во плоти. Я благодарна, что он говорит с нами своим обычным голосом. Сохранить серьезное лицо было бы невозможно, если бы он заговорил голосом, который описывал Маверик.

Он поднимает руки в успокаивающем жесте, подходя ближе.

— Понимаю, что морская болезнь – проблема, но вам всем станет немного лучше, когда мы остановимся. Идем против более сильного течения, поэтому немного трясет.

Кэт поднимает голову.

— Немного трясет? Джим, это не гребаная вспышка ВПЧ49. Это ад! Неужели тебя бы убило, если бы ты позволил установить на этот кусок дерьма стабилизаторы?

— Поддерживаю, — добавляю я, но достаточно громко, чтобы слышал только Маверик. Он награждает меня усмешкой.

Плечи Джима опускаются, придавая ему вид увядшего цветка.

— Сейчас бросят якорь. Как только минуем тот остров, окажемся на виду у Нормисов, которые как раз уселись за столики обедать. Тогда и начнем.

Тот факт, что я испытываю сострадание к этому человеку, – плохой знак, но это так. Джим явно был взволнован грядущим событием, и оно идет не так, как он предполагал. И, черт возьми, я хочу ему помочь.

— Всё нормально, — говорю я. — Как ты сказал, когда корабль остановится, большинству из нас станет лучше. Все эти убийства отвлекут нас от дерьмового чувства.

Глаза Джима смягчаются, когда он смотрит на меня.

— Спасибо за поддержку. Это значит больше, чем ты думаешь.

О, я знаю, что это, блядь, значит, и борюсь с этим.

Смотрю на воду. Большое пространство океана создает барьер между кораблем и островом, поэтому не уверена, насколько развлекутся Нормисы. С такого расстояния мы будем выглядеть как муравьи, борющиеся за хлебную крошку.

Джим, должно быть, понимает, о чем я думаю, потому что достает подзорную трубу из внутреннего кармана и протягивает ее мне. Выдвигаю линзу и смотрю в окуляр. Устройство сокращает расстояние, и я могу разглядеть листья на деревьях острова. Несколько маленьких птиц жмутся среди скал, выстилающих берег с этой стороны.

— У гостей на острове будет что-то подобное, но не такое мощное. Мы хотим, чтобы они были достаточно близко, чтобы видеть какое-то действие, но не понимали, что на самом деле происходит, — Джим забирает подзорную трубу и передает Еве, та пробует, затем передает Маверику. — Однако они получат их только после первого события.

— Почему? — спрашивает Маверик, глядя на остров в трубу.