— Я никогда не хотел, чтобы ты умирала. Даже когда не был до конца уверен в тебе, чувствовал потребность защищать, — он садится рядом со мной и опускает руки на колени, глядя в пол. — Но да, теперь, наверное, чувствую иначе. Разве для тебя ничего не изменилось?

— Конечно, изменилось, но я всё еще не знаю, что это значит.

— То есть, ты всё еще планируешь сдать всех нас в конце круиза.

Мой разум ищет правильные слова, чтобы объяснить ситуацию, но я не знаю, как помочь ему понять. Это моя карьера. Если не сдам им хотя бы Джима, к концу месяца я окажусь в очереди на пособие по безработице. Моя спортивная машина. Квартира. Моя жизнь.

Я потеряю всё.

Но если сдам Джима или кого-то из друзей Маверика, то потеряю его. Ему не нужно это озвучивать. Это неписаное правило.

— Понятно, — говорит он с натянутой улыбкой, когда я ничего не отвечаю. — Что ж, по крайней мере, у нас осталось еще несколько дней, чтобы повеселиться.

Он встает и направляется к двери. С каждым шагом Маверика сердце бьется всё сильнее. Три дня отделяют меня от трудного решения, и я хотела бы остановить время. А еще лучше – вернуться в прошлое и отказаться от задания. Может, тогда смогла бы избавить себя от надвигающейся опасности остаться с разбитым сердцем. Что бы я ни выбрала, понесу огромную потерю, так или иначе.

«Веселый Роджер»44 развевается на ветру на корме пиратского корабля, и я должен отдать Джиму дол ...

«Веселый Роджер»44 развевается на ветру на корме пиратского корабля, и я должен отдать Джиму должное. Это судно – уменьшенная копия «Мести королевы Анны»45, того самого корабля, которым командовал сам Эдвард Тич46. Джим объяснил, что ему пришлось уменьшить масштаб, потому что оригинальной «Мести» требовалась команда более трехсот человек. Если бы мы задействовали столько Скота на корабле, у нас не осталось бы никого для убийства.

И, к большому неудовольствию Фрэнки, убийство определенно есть в сегодняшнем списке дел.

Девушка опирается предплечьями на перила и смотрит на открытую воду, глядя, но ничего не видя. Кэт стоит рядом с ней. Ну, она скорее прислоняется, чем стоит, но я горжусь тем, что подруга держится на ногах. Кэт пыталась остаться, но Беннет умолял ее прийти.

Корабль скрипит, когда волны бьются о борт. По крайней мере, море спокойное. Джим хотел, чтобы всё было максимально аутентично, а стабилизаторов в конце 1600-х не существовало. Как и туалетов, и я благодарен Эзре, что он вмешался.

Фрэнки наклоняется ко мне ближе, чтобы Кэт не слышала.

— Где он держит жертв на этой штуке?

— Жер… — сжимаю ее руку и отвожу подальше от Кэт. Не то, чтобы она обращала внимание. — Скот, красавица. Называй их Скотом. Если кто-то услышит, как ты называешь их жертвами…

— Точно, — говорит она. — Забыла.

Стараюсь смягчить выражение лица.

— Просто думай об этом как о выбраковке больных животных из стада. Эти люди ради забавы причиняли боль другим, так что мы просто восстанавливаем справедливость.

— Да, я понимаю, но что, если мы ошибаемся?

— Что ты имеешь в виду?

Она качает головой, но Ева и Эйвен подходят, прежде чем она успевает сформулировать свои мысли.

— Ар-р, друзья! Задраить люки и… какого хрена там говорят пираты! — Ева вытаскивает кинжал из-за пояса и направляет лезвие в небо. — Там сокровище!

Эйвен смотрит на меня.

— Это нормально, что нас заставляют наряжаться для каждого гребанного мероприятия? Я пришел сюда убивать и выпускать пар, а не играть в живую версию «Оденься, чтобы впечатлить»47 от Джима.

— Какого хрена ты вообще знаешь, что это такое? — спрашивает Ева. — Это же детская игра?

Щеки Эйвена розовеют, и он уходит.

— Такой разговорчивый, — говорит Ева, качая головой. — Но вы, ребята, всё узнаете, потому что мы в одной команде. Джим сказал, что это случайный жребий, но я не знаю, что случайного в том, что вы двое вечно оказываетесь вместе, — она подмигивает Фрэнки.

— Ты знаешь, как мы будем избавляться от… Скота? — спрашивает Фрэнки, и я горжусь тем, что она использует правильный термин.

Ева пожимает своими стройными плечами.

— Понятия не имею, милая. Думаю, Джим хочет сохранить равные условия. На этот раз мы соревнуемся за главный приз.

Позволяю девушкам продолжать разговор, пока иду по палубе к Беннету, Эзре и Кендре. Когда подхожу к ним, они сияют улыбками и радостью.

— Ты слышал, за что мы соревнуемся? — спрашивает Кендра, и я качаю головой.

— Полмиллиона, — говорит Беннет со смехом. — Ты можешь в это, блядь, поверить?

Да, легко. Джим регулярно высирает кучи денег и побольше этой. Мы понятия не имеем, откуда у него средства, но этот источник, кажется, никогда не иссякнет.

— Если я выиграю, потрачу свою долю, чтобы устроить Кэт в самый лучший, блядь, колледж. Она будет медсестрой из Лиги плюща, — Беннет оглядывается. — Черт, куда она пошла?