— Грешники, хочу еще раз поприветствовать вас на борту «Отбитого Круиза». После небольшого представления перед ужином некоторые из вас подошли ко мне с вопросами и опасениями по поводу охоты за сокровищами. Я здесь, чтобы развеять все слухи и подробно объяснить правила игры.

Следующие десять минут он бубнит об охоте за сокровищами, тревога растет, когда мы узнаем, что среди нас несколько федеральных агентов. Все ранги захвачены: Грешники, Скот, Нормисы и команда. Наша задача – найти их и избавиться от крыс, не предупреждая Нормисов на борту.

Кендра поднимает руку.

— А что, если мы облажаемся и случайно убьем настоящего новичка-Грешника?

Она поднимает хороший вопрос. Во время прошлых отдыхов убийство собрата-Грешника имело серьезные последствия, вплоть до смертной казни. Маленький план Джима звучит интересно, но есть очень большая погрешность.

Джим кивает.

— Это прискорбная сторона дела, но, прежде чем уничтожить Грешника, Нормиса или члена персонала, вы должны изложить свои подозрения мне. Те, кто вытянул короткую спичку и был обречен стать Скотом, в любом случае обречены на смерть. Если их не убьют во время игр, боюсь, им всё равно не будет пощады.

Из-под стола доносится шорох, и когда нога Фрэнки касается моей, понимаю, что это она издает звук своим непрекращающимся ерзаньем. Девушка смотрит на меня с виноватой улыбкой, ерзанье останавливается.

И неудивительно, что она нервничает. Джим только что вынес смертный приговор всем ее приятелям, и Фрэнки считает, что ее имя тоже в списке. Однако мне поручено не допустить этого.

Но я единственный?

Оглядываю комнату и изучаю незнакомые лица. Эзре и Беннету тоже поручили заботиться о федеральном агенте? Кэт, Кендре, Еве? Мы все соревнуемся друг с другом?

Снова поворачиваюсь к Фрэнки. Если такова игра, я намерен выиграть.

Наклоняясь ближе, шепчу ей на ухо.

— До конца круиза не отходи от меня ни на шаг.

Ее голубые глаза расширяются, но она не говорит.

— Теперь, когда мы разобрались с этим делом, давайте перейдем к сегодняшней игре, хорошо? — Джим вынимает микрофон из стойки и направляется к большой простыне. С широкой улыбкой он хватает один угол и сдергивает ткань, открывая большое колесо для случайного выбора. Каждый сегмент красочного, сверкающего пирога содержит надпись, но с такого расстояния невозможно прочитать.

Из толпы поднимается гул. Строятся предположения, но Джим заставляет нас замолчать.

— Тихо, тихо. Всему свое время, — он перебирает карточки и готовится зачитать первую. — Для первой игры круиза я выбрал небольшую викторину, хорошо? Столик первый, начнем с чего-нибудь легкого. Скажите мне, какой печально известный убийца был известен как Убийца студенток?

Кэт вскакивает с места.

— Эдмунд Эмиль Кемпер третий!

— Спасибо, мисс Новак, — говорит Джим, — но Вы сидите за столиком номер два.

— Упс, — шепчет она, садясь.

Джим прочищает горло и переходит к следующей карточке, затем пробует снова.

— Столик первый, — он сверлит Кэт острым взглядом, и она проводит пальцем по губам, закрывая их на замок. — Кто первым ввел термин «серийный убийца»?

Столик первый склоняет головы вместе и начинает обсуждать варианты.

— У вас тридцать секунд, чтобы ответить, — говорит Джим в микрофон.

— Так просто, — шепчет Кендра. — Все знают, что Роберт Ресслер17 сказал это первым.

Фрэнки поворачивается к Кендре.

— Вообще-то, Роберт Ресслер популяризировал термин «серийный убийца», но Эрнст Геннат18, немецкий криминолог, использовал термин «серийный убийца» первым. Избавлю вас от немецкого произношения.

Гребанное дерьмо, это именно то, что должен знать федеральный агент.

— Как, ты сказала, твое имя убийцы? — спрашивает Ева.

Фрэнки открывает рот, чтобы ответить, и моя жизнь проносится перед глазами. Если озвучит кому-то еще, что она гребанный Рыбак, то будет мертва до полуночи.

— Она Мона Лиза, — выпаливаю, — потому что всегда улыбается, когда убивает.

Фрэнки выглядит готовой возразить, поэтому я благодарен, когда с первого столика доносится голос и незнакомец встает, чтобы дать ответ

— Это был Эрнст Геннат, — говорит мужчина.

Озорной блеск сверкает в глазах Джима, когда он улыбается мужчине.

— Марк Льюис, не так ли?

Мужчина кивает.

— Что ж, очень хорошо, Марк Льюис. Кто еще в вашей команде знал, что ответ – Эрнст Геннат?

— Только я, сэр, — Марк одаривает Джима гордой улыбкой, выглядя и звуча как настоящий правительственный агент.

Сэр? Ха.

Эйвен – один из новеньких – встает из-за столика, пока его товарищ садится.

— Джим, разрешите убить Марка Льюиса?

Обреченный Марк Льюис вскакивает на ноги и бежит к двери.

— Разрешаю, — говорит Джим.