— Мне тридцать восемь. Разница в шестнадцать лет, и я бы сказала, это довольно существенно. Но только если бы мы пытались трахаться…

— А мы не пытаемся, — говорим хором.

Этот момент снимает напряжение, и мы наконец смеемся. Рада, что дрейфуем на одной волне. Если бы только моя гребанная вагина могла мыслить рационально…

— Если Джим не скажет иного, можем надеть что угодно, — говорит Маверик.

— То есть он не контролирует каждый аспект?

Маверик качает головой, но его короткие светлые волосы не сдвигаются с уложенного пробора. Он что, использует стайлинг?

— Нет, он в основном дает нам свободу. Строг только к первому и последнему вечеру. Обычно.

Появляется возможность, и я ее использую.

— Можешь отвернуться, пока переодеваюсь? — прошу, и он отворачивается. Лично мне плевать на скромность, но хочу оценить его язык тела, когда будет отвечать, а это легче сделать, когда парень не смотрит прямо на меня, пока я смотрю на него. — Расскажи немного о Джиме. Чем он занимается, когда не организует отдых для серийных убийц?

Его плечи поднимаются и опускаются в пожатии.

— Особо нечего рассказывать. Мы мало о нем знаем, — он замолкает, затем прочищает горло. — Слушай, знаю, это твой первый отдых, но у нас тут не кружок по интересам, где мы рассказываем о себе вне мероприятий. Боюсь, у меня не будет много информации о большинстве людей здесь, если ты ищешь именно это.

— Прости, не пыталась выпытывать. Просто хочу поддержать разговор, пока раздеваюсь прямо за спиной у незнакомца.

Он поворачивается ко мне лицом.

— Тебе было бы удобнее, если бы я вышел в коридор?

— Мне было бы удобнее, если бы ты не оборачивался, когда у меня сиськи торчат наружу, — торопливо натягиваю мешковатую футболку, спадающую с плеча, но меня не особо беспокоит, что он обернулся. Однако тот факт, что его взгляд так и не опустился ниже подбородка, немного раздражает.

Он улыбается и снова отворачивается к двери.

— Мои извинения.

Неловкое чувство возвращается, сердце начинает биться быстрее. Маверику не понравилось, что я так близко подобралась к Джиму, и, сказав, что они особо не разговаривают на таких мероприятиях, парень быстро пресек любые будущие вопросы о ком бы то ни было.

Застегивая пуговицу и поднимая молнию на шортах, мысленно отмечаю, что нужно забрать пистолет, пока Маверик будет спать. Буду чувствовать себя спокойнее, когда снаряжение будет под рукой. Сейчас практически хожу голая, и это меня тревожит. Без служебного пистолета, значка и других атрибутов профессии у меня остался только мозг, и этот конкретный сучий орган предает меня на каждом шагу.

— Ладно, теперь можно повернуться, — говорю, когда одеваюсь.

Он поворачивается ко мне и окидывает взглядом, прежде чем издать низкий свист.

— Ты хорошо одеваешься, по-простому, красавица, — говорит он со смехом, и это маленькое ласковое слово заставляет сердце трепетать.

— Всё лучше, чем космический костюм.

— Не знаю. Раньше твое лицо было закрыто. А теперь нам всем приходится на него смотреть. Гадость, — Маверик корчит рожицу, и я шлепаю его по руке. — Шучу, шучу. Ты выглядишь…

Пока он колеблется, подбирая нужное слово, я замираю в ожидании. Пойдет ли он по безопасному пути и скажет, что я милая? Или попробует польстить и скажет, что я красивая?

— Ты выглядишь очень знакомо, если подумать, — его брови сдвигаются, и он наклоняется ближе. Динамика двинулась в неожиданном направлении, но ладно. — Не могу понять, но кажется, мы встречались раньше. Ты часто бываешь во Флориде?

Качаю головой.

— В Нью-Йорке?

Снова качаю головой, хотя на самом деле провожу в Большом Яблоке13 достаточно времени.

Он щурится, изучая мое лицо, затем отступает назад.

— Ничего страшного. Рано или поздно пойму, но сейчас нам пора. Ты готова?

— Нужно немного освежиться, но можешь идти. Уверена, что найду дорогу.

Он кивает и выходит в коридор, оставляя меня в одиночестве. Захожу в ванную, расчесываю волосы, наношу немного матовой помады. Уголок рта приподнимается в усмешке, когда вспоминаю, что он думал, будто мы ближе по возрасту. Мне уже почти сорок, но я всё еще в форме.

Мешки под глазами, однако, не скроешь. Мне нужна целая ночь здорового сна, и это вряд ли случится до выхода на пенсию. А я никогда не уйду на пенсию по своей воле.

Засовываю вещи в маленькую сумочку и выхожу в коридор к Маверику. Он стоит рядом с невысоким мужчиной с темными волосами и глазами такого же синего цвета, как мои. Когда мужчина замечает меня, его губы сжимаются, и шепот смолкает.

— Простите, что помешала, — говорю. — Следующая игра вот-вот начнется?

— Я вас оставлю, — говорит мужчина. С натянутой улыбкой кивает в мою сторону, затем поворачивается и быстрым шагом идет по коридору.

— Кто это был? — спрашиваю, надеясь, что вопрос прозвучит достаточно невинно.

— Просто Беннет.