— Кендра сидела прямо за твоей спиной. Не мог просто спросить, что случилось, не вызвав подозрений, — он наклоняется и покусывает мою шею. — Но в любом случае, я не особо милый парень, котенок. Даже твоя невероятная киска не может сделать меня тем, кем я не являюсь.

Беннет говорит правду, но его язык полезен для гораздо большего, чем просто ранить чувства. Как сейчас, он заставляет меня чувствовать себя чертовски хорошо, выписывая круги на пульсирующей точке.

— Ну? — спрашивает он. — Мы делаем это или нет?

— Уже не уверена, что это хорошая идея.

Его руки опускаются на мои бедра и сжимают их.

— Буду честен. Не могу перестать думать о том, как трахнуть тебя, и это сводит с ума.

— И что, тебе кажется, что перестанешь думать об этой новой одержимости, если трахнешь меня?

— Надеюсь на это.

— А если это не сработает? Что, если мы оба поймем, что алкоголь не был проблемой?

Он усмехается.

— Значит, ты тоже не можешь перестать думать об этом, да?

Блин, ну и хитрая же задница. Шлепаю его по груди и отодвигаюсь, прежде чем он снова поцелует меня и перемешает мои мозги.

— Нужно немного времени, чтобы подумать об этом, — говорю я.

Он пожимает плечами и снова шагает ко мне.

— Вот что я скажу: притворюсь, что у меня болит голова после мероприятия. Если захочешь зайти, моя дверь будет открыта. Если не придешь, будем считать вопрос закрытым, и вернемся к тому, кем всегда были.

Кусаю губу и смотрю в конец коридора, где Грим и Роуз выходят из одной двери. Услышав, как дверь за ними закрывается, Беннет прочищает горло и уходит, будто мы только что не разговаривали.

У этих двоих всё схвачено. Они встречаются на отдыхе, проводят чудесные пять дней, трахаясь, а потом расходятся до следующего мероприятия. Может, мне стоит подловить Роуз и попросить ее раскрыть секреты. Если бы она могла говорить, это была бы отличная идея, но она удирает, если мы не задаем вопросы, требующие ответа «да» или «нет».

Прислоняюсь к стене со стоном. План Беннета звучит отлично на бумаге, но, когда он исчезает внизу лестницы, что-то грызет мой разум. Одна маленькая проблема, которую он не учел.

Что делать, если мы не сможем вернуться к тому, что было раньше?

Комната отдыха спрятана в огромном подвале, где также находится до хрена метрических тонн других ...

Комната отдыха спрятана в огромном подвале, где также находится до хрена метрических тонн других удобств. Похоже, Джим построил больше под землей, чем над ней. Прохожу мимо маленького кинотеатра, узкой кухоньки, спортзала и мини-спа, прежде чем добираюсь до больших двойных дверей из красного дерева в конце холла.

Толкнув их, вхожу в огромную комнату, уставленную такими же фальшивыми окнами, как наверху, только больше. Целая стена демонстрирует зимний пейзаж, время от времени оживляемый визитом белки или оленя.

Если долго смотреть на окна, начинает тошнить. Дело не в приторной сентиментальности пейзажа. Суть в том, что мозг знает, что я под землей, а глаза верят, что могу шагнуть через окно прямо в эту картину.

Может, поэтому ситуация с Кэт тоже заставляет чувствовать тошноту, только мой член, кажется, не может синхронизироваться с мозгом.

Айс Пик вваливается в дверь и машет мне, прежде чем направиться к паре аркадных автоматов у другой стены. Почесав волосатый живот, он останавливается на «Galaga»22. Отличный выбор.

Грим и Роуз входят следом, но вместо того, чтобы идти к бильярдным столам или аркадам, они садятся на стулья, расставленные полукругом в центре комнаты. Я иду и присоединяюсь к ним.

— И чем именно мы тут будем заниматься? — спрашиваю Грима, садясь рядом.

Грим снимает очки и начинает протирать заляпанные линзы.

— Unwissenheit ist ein Segen23.

— Прошу прощения, но я, кажется, оставил свой переводчик с немецкого дома.

— Это просто означает, что иногда лучше ничего не знать.

Не знаю, почему ожидал большего. Он любит говорить загадочными фразами.

Не найдя помощи, оглядываюсь и пытаюсь найти хоть какую-то зацепку, но эта комната мало что дает. Судя по рулонам брезента, укрывающим драгоценный ковер под стульями, это явно поле для убийств, но как убивать? Они ожидают, что мы будем бить наших жертв киями по голове, пока что-нибудь не выпадет, как в какой-то жуткой пиньяте?

В смысле, я за.

Кэт входит следующей в сопровождении Кендры и незнакомой женщины с длинными толстыми косами и скулами, которыми можно резать стекло. Пытаюсь смотреть на что угодно другое, но мое внимание постоянно возвращается к Кэт. Эти высокие черные сапоги облегают икры, и я бы хотел увидеть ее в них без остальной одежды.

Наши взгляды встречаются, но она быстро отводит глаза. Теперь жалею, что не заставил ее ответить мне в коридоре. Ожидание убивает, а она не дает ни намека.