Но мой член, кажется, не может оставить всё позади. Мед отлипает от кожи, когда я смываю с себя остатки Кэт, но мозг цепляется за память о ее теле, прижатом ко мне. Когда закрываю глаза, почти слышу ее мягкие стоны.

Как только обхватываю рукой твердеющий член, стоны превращаются в рвотные позывы. Это определенно не было частью фантазии. С отступающей эрекцией прижимаюсь ухом к стене душа, и вот он снова. Тихий стон, за которым следует рвотный позыв.

Моя ванная, должно быть, граничит с ванной Кэт. Раз наши комнаты рядом, это логично. Но что нелогично, так этот ужасный звук. Похоже, она мучается, а не наслаждается.

Быстро смываю мыло и вытираюсь полотенцем. Все в особняке, наверное, уже крепко спят, так что должно быть безопасно будет проверить ее сейчас. Если она встретит меня с кислой миной, буду знать, куда мы движемся.

Засунув ноги в спортивные шорты, иду без нижнего белья к двери Кэт. В холле темно, тихо и пусто. Отсюда даже не слышу ее в ванной. Поднимаю кулак и стучу костяшками в дверь.

Несколько секунд тишины проходят, прежде чем дверь приоткрывается ровно настолько, чтобы Кэт могла просунуть голову. Ее волосы в беспорядке, а покрасневшие опухшие глаза окружены красными кругами. Слезы цепляются за длинные ресницы, склеивая их в комки.

— Сейчас не лучшее время, — шепчет она, затем шмыгает носом. — Аллергия.

Она не откусила мне голову, но и не пригласила войти. Однако утешение – это не совсем моя сильная сторона. Может, она знает, как неловко было бы, если бы она начала рыдать и рвать на себе одежду передо мной.

Так почему же у меня возникает это отвратительное желание прижать ее к себе и спросить, кто ее обидел?

— Кто там, Кэт? — говорит кто-то за ее спиной.

Наклоняюсь вправо и замечаю Кендру, сидящую на краю кровати. Господи Иисусе. Разве она не должна сейчас трахаться с моим братом?

— Не могу уснуть из-за шума, который она устраивает в ванной, — говорю я. — Просто зашел попросить ее заткнуться нахрен.

Кэт вздрагивает.

— Гребаный Железный Дровосек.

Дверь захлопывается перед моим лицом, и я остаюсь в холле с еще большим количеством вопросов, чем ответов. Завтра нужно будет найти время, чтобы поговорить с Кэт наедине. Сначала нужно объяснить, что я сказал это только для того, чтобы сбить Кендру со следа. После этого хочу знать, почему она плакала. Эзра упомянул, что у нее тоже трудный период.

И это не имеет ничего общего с заботой. Мимолетное желание утешить и защитить Кэт прошло. Мне просто любопытно.

Но самое главное, когда я поговорю с Кэт завтра, нужно знать, хочет ли она еще потрахаться и посмотреть, что из этого выйдет. Она занимает все мои мысли, и переспать с ней – лучший способ прочистить головы нам обоим сразу. После этого я наконец смогу оставить весь этот цирк позади.

Коротышка мурлычет и тянет свои когтистые пальчики-бобы к моему лицу. С закрытыми глазами и глуб ...

Коротышка мурлычет и тянет свои когтистые пальчики-бобы к моему лицу. С закрытыми глазами и глубоким вздохом этим утром он – само воплощение счастья. Хотела бы я чувствовать то же самое.

Смотрю на искусственный солнечный свет, льющийся из окна. Технологии шагнули далеко, но реалистичному изображению чего-то не хватает. Это напоминает мне о Беннете. Он точно такой же, как этот прямоугольник пикселей – может притворяться милым, пока ты почти не поверишь, но когда подходишь слишком близко, понимаешь, чего не хватает.

Тепла.

Переворачиваюсь на бок и со всей силы врезаю кулаком в подушку. Коротышка перестает мурлыкать, оценивая ситуацию, но его урчание возобновляется, когда я прекращаю биться в истерике. Но почему я не должна психовать? Особенно после той бомбы, которую Кендра сбросила прошлой ночью.

Хотя моя череда прослушиваний – не то, что кто-то назвал бы срочным, Кендра была достаточно добра, чтобы попросить пересылать мои сообщения через сервис, который используем для наших ретритов. Все списки кастингов, которые я ждала, вышли разом, и меня не было ни в одном из них.

Я даже подавала заявку на рекламу крема от бородавок.

Крема от бородавок!

Знала, что пробиться в бизнес будет трудно, но никогда не думала, что это будет невозможно. Отказы были в порядке вещей, как и растущее разочарование. Теперь разочарование накопилось так высоко, что не вижу выхода.

Прежде чем безнадежность поглотит меня целиком, выкатываюсь из кровати и тащу себя в ванную умываться. Не знаю, зачем вообще заморачиваюсь. Маверик больше не в моем поле зрения после того, что сказали Ева и Беннет.

И уж точно, блядь, не хочу впечатлять Беннета.

Как дура, на самом деле была разочарована, когда Кендра и Эзра прервали нас в той маленькой хижине, но теперь думаю, что это было к лучшему. После того, как он повел себя, когда пришел к моей двери и увидел плачущей, с радостью возвращаюсь к тому, чтобы быть заклятыми врагами.

Кто-то стучит в мою дверь, как раз когда я нанесла очищающее средство на лицо, так что спешу смыть его. Немного мыла просачивается сквозь сжатые веки и проникает в левый глаз огнем тысячи солнц.