Мой взгляд падает на кейс для бензопилы. Это, безусловно, было бы быстро, но потом вспоминаю, что случилось на летнем ретрите. Нужно убедиться, что она действительно работает, прежде чем тащить орудие обратно к месту убийства.

Перешагиваю через отбойный молоток и чуть не ломаю себе шею, когда удлинитель путается в ногах. Спасибо всей этой амуниции. Это единственное, о чем могу думать, падая. Могу выглядеть не очень мило, но, по крайней мере, ничего себе не сломала. Вместо того чтобы встать, ползу на четвереньках к кейсу с бензопилой и открываю его.

Он пуст.

Думаю, у кого-то еще была та же идея, но они могли бы положить ее на место, когда закончили. Что мне теперь делать?

Схватившись за ближайший деревянный стол для опоры, пытаюсь подняться на ноги. Больше не благодарна за всю эту одежду для сноубординга, потому что с трудом встаю. И тут замечаю оглушительную тишину.

Вместо отдаленного жужжания подъемника слышу только свое сердцебиение и каждый скрипучий вдох, выходящий свистом из носа. Какое ужасное время, чтобы в носу засвистело. Если Скоту каким-то образом удалось встать, ему нужно только прислушаться к каждому моему шумному вдоху.

Но если мне снова придется столкнуться с убийцей, на этот раз я не позволю Беннету украсть мой триумф. Сама разберусь с этим куском дерьма.

Мой взгляд мечется по комнате, останавливаясь на всем и тут же находя причину, почему ничего из этого не сработает. Большинство предметов требуют ближнего боя. Мне нужно держаться на расстоянии.

Когда с последним усилием подтягиваюсь и встаю, паника только усиливается, потому что тишину поглотил злобный рев заведенной бензопилы. Что еще хуже, этот кусок дерьма знает, в какую сторону я пошла. Ему будет нетрудно пройти по моим следам прямо сюда.

Дерьмо, дерьмо, дерьмо. Мне нужно выбираться отсюда.

Тянусь вправо и хватаю первое, что вижу: длинную плоскую отвертку. Это немного, но лучше, чем ничего. Сделав решительный вдох, я направляюсь к двери.

Солнце сегодня светит настолько ярко, насколько вообще возможно, а значит, уже время обеда. Держась правой стороны тропы, пробираюсь через лес на звук. В крайнем случае, могу запрыгнуть на снегоход и умчаться в безопасность, пока психопат меня не заметил.

Никаких милых лесных зверушек на этот раз передо мной не разбегается. Они словно напуганы так же сильно, как и я. Знают, что зло сейчас бродит по лесу, и я направляюсь прямо к нему.

Тени уступают место свету, впереди появляется безмолвный подъемник. Кресла висят на тросе, даже ветер не заставляет их шевелиться. Это похоже на картину.

Шум бензопилы внезапно обрывается, и я подкрадываюсь ближе, пока не вижу тела и кровь на снегу. Как и боялась, Скот больше не стоит на коленях там, где я его оставила. Вмятина в снегу – единственное доказательство того, что он вообще там был.

Вспышка красного привлекает мой взгляд, и я поворачиваю голову. Моргаю, не в силах понять, что вижу. Моя цель ковыляет, затем падает лицом вперед на холодный белый снег. Его руки всё еще связаны за спиной, так как же он завел бензопилу?

Он поднимает лицо от ледяной земли и открывает рот, чтобы закричать, но кожа на его губах только растягивается до невозможных пределов, не издавая ни звука. Как я и надеялась, его губы заклеены. Но это также значит, что он ничего не может объяснить.

Сжимаю отвертку крепче и выхожу из укрытия кустов и стволов деревьев. У него нет оружия, так что теперь мне нечего бояться.

— Похоже, тебе хана, приятель, — говорю, приближаясь к нему. Кручу отвертку в руке, радуясь, что никто не слышал эту фразу. Она была хуже всех предыдущих, что я пробовала.

Мужчина извивается, пока не оказывается на спине, и это еще хуже. Я вижу его глаза, и сейчас они умоляют помочь ему.

Делаю шаг назад и закрываю глаза. Как Кендра это делает? Как может убить того, кто так отчаянно хочет жить?

Затем вижу красный цвет, и не в переносном смысле. В своем воображении представляю его комбинезон. Цвет костюма объясняет, как именно Кендра это делает. Она делает это, потому что этот человек причинял боль другим, и теперь настала его очередь страдать.

Всё еще с закрытыми глазами, делаю глубокий вдох, шагаю вперед и поднимаю отвертку. И в этот момент бензопила снова оживает позади. Прямо за моей спиной.

Всё не могло пройти более идеально, даже если бы я это планировал. Не только украду убийство Кэт ...

Всё не могло пройти более идеально, даже если бы я это планировал. Не только украду убийство Кэт, но и как следует напугаю в процессе. Единственное, о чем жалею, – что не увижу страха на ее лице, когда она развернется и увидит фигуру в маске с бензопилой в руках, а затем поднимет жалкую отвертку с криком.

Шагаю к ней, и она срывается в лес. Даже не оглядывается, чтобы проверить, преследую ли ее, а значит, Кэт в дикой панике.

Черт. Даже если бы у меня был план, это не было бы его частью.