— Войдите, — зовет Кендра изнутри, и я открываю дверь.

Она сидит на кровати, коричневая щетка в руке – расчесывает кудри. Когда вхожу, Кендра собирает длинные темные волосы в хвост, затем похлопывает по матрасу рядом с собой. Жест достаточно знакомый, но я не привыкла видеть ее глаза такими припухшими. Кендра обычно не плачет.

— Эзра сказал, ты хочешь меня видеть, — говорю. — Наверное, у тебя есть вопросы.

Кендра поджимает ноги, садясь по-турецки, но не отвечает. Она просто смотрит на свои ногти и обдирает кожу вокруг большого пальца.

Сажусь рядом и пытаюсь понять, с чего начать. Но как могу это сделать, если даже не знаю, с чего всё началось?

Кендра прочищает горло.

— Та ночь… в хижине…

— Это просто случилось.

— Он заставил тебя? — Кендра наконец смотрит на меня, и ее глаза наполняются слезами. — Если да, я никогда… убью его, Кэт.

— О боже, нет! — притягиваю ее к себе, и она рыдает у меня на плече. — Кендра, знаю, в это трудно поверить, но всё, что произошло между нами, было полностью по обоюдному согласию.

Она отстраняется и вытаскивает комок салфеток из смятого покрывала. Высморкавшись, качает головой.

— Не так уж трудно поверить. Любая женщина с функционирующими глазами видит, что он привлекателен, но почему ты чувствовала, что не можешь поговорить со мной об этом? — она снова высмаркивается. — Ты моя лучшая подруга, но больше не чувствую, что я – твоя.

— Не хотела тебе говорить, потому что знала, что ты будешь разочарована во мне. Я так долго восхищалась тобой и не могла вынести мысли, что ты станешь думать обо мне хуже.

— А ты не задумывалась, что я тоже тобой восхищаюсь?

Мой рот открывается и закрывается, но не знаю, как ответить на это. У меня возникают только вопросы.

— С чего бы тебе мной восхищаться? Девушкой, которая ничего не умеет делать хорошо. Девушкой, над которой издевались в школе. Девушкой…

— Девушкой, которая заставляет всех улыбаться, даже когда они не хотят. Девушкой, которая подружилась с не желающим этого серийным убийцей. Девушкой, которая настолько красива и умна и слишком скромна, чтобы видеть это сама, — Кендра качает головой. — Кэт, ты всё, чем я не являюсь. В тебе есть черты, которыми я восхищаюсь до зависти. С кем ты трахаешься, не имеет никакого значения. Я всё равно восхищаюсь тобой. Всё равно твоя лучшая подруга.

— Значит, ты не злишься, что я сплю с Беннетом?

Она вздыхает и падает на спину.

— Я больше злюсь на то, что ты боялась сказать мне.

— Без обид, но ты немного осуждающая сука.

— Справедливо.

— Но и другой я бы тебя не любила, — ложусь на бок рядом с ней. — У нас всё будет хорошо?

Кендра кивает.

— Мне всё еще нужно немного времени, чтобы осмыслить это, и Беннета ждет гребаная лекция, но да, у нас всё будет хорошо, — она сжимает мою руку. — Но если он причинит тебе боль…

— Самое смешное, не думаю, что он причинит. Беннет, которого мы знаем, – это настоящий Беннет, но в нем есть и другая сторона. Он может быть добрым, заботливым. Черт, даже уязвимым.

— Он делает тебя счастливой?

Переворачиваюсь на спину и смотрю в потолок.

— Да, делает.

— Значит ли это, что нам придется перестать над ним подшучивать?

Кусаю нижнюю губу и смеюсь.

— Абсолютно точно нет.

Кендра тоже смеется, и напряжение исчезает.

— Знаешь, что это значит, да? — говорит Кендра, поворачиваясь на бок. — Однажды мы станем сестрами.

— Погоди. Мы немного забегаем вперед. В смысле, мы трахаемся всего несколько дней.

— Это на несколько дней больше, чем Беннет с кем-либо трахается, так что я бы сказала, что дело решенное.

Мы обе хихикаем.

— Спасибо, что понимаешь, — говорю я.

— Не уверена, что полностью понимаю, но начинаю. Твои комплексы гораздо глубже, чем я думала, хотя внешне ты кажешься такой уверенной. Прости, что не создала для тебя достаточно безопасную атмосферу, чтобы ты могла поговорить со мной, — она морщится. — Все эти шутки про Беннета, наверное, не помогали.

Ее слова ранят сердце. Всё это время я так беспокоилась о том, что она подумает, и никогда не останавливалась, чтобы подумать о том, что она почувствует.

— Это не твоя вина, Кендра. Ты права. У меня много комплексов и тревог, которые я держу в себе, и это сыграло большую роль в моем страхе. Верь или нет, но Беннет придает мне уверенности. Когда он стоит за моей спиной, чувствую себя сильнее. Думаю, поэтому я наконец смогла совершить убийство.

— Подожди… — Кендра садится. — В ту ночь, когда ты совершила свое первое убийство… Беннет знает, что ты трахалась с Мавериком?

Закрываю глаза рукой, и низкий стон вырывается из груди.

— Мне нужно так много тебе рассказать.

Дверь спальни Кендры распахивается, и мы обе подпрыгиваем. Я спешу натянуть пиджак Беннета на грудь, когда сажусь. Эзра входит в комнату. Его волосы в беспорядке, лоб покрыт потом. Он также задыхается.