Приподнимаю бедра и снова опускаюсь. Клитор трется о тонкие волоски на его лобке, и я трусь о него, пытаясь поймать чувство. Пирсинг на головке члена трется о мои внутренности, приближая оргазм с каждым движением бедер.

Возможно, впервые в жизни я не думаю о том, как выгляжу. Не беспокоюсь о том, что подумает мужчина подо мной. Маска защищает от осуждения, и уверенность открывает какое-то потайное место внутри.

Двигаюсь на нем, всё быстрее и быстрее, пока удовольствие скручивается в животе. Беннет сжимает мою грудь. Наклоняюсь вперед и хватаюсь за спинку дивана для опоры, чтобы трахать его еще быстрее. Еще сильнее.

Мой оргазм уже близко, и теперь ничто меня не остановит.

Закрываю глаза и теряю себя, пока он тяжело дышит мне в грудь. Пот стекает между грудей, хотя не знаю, чей он. Мне всё равно. Бедра горят, киска ноет, но ничто не заставит меня пропустить хоть секунду оргазма. Даже Беннет, когда он хватает меня за бедра и пытается остановить движение.

— Все нормально! — кричу. — Кончи в меня! Наполни меня, блядь!

Но он не кончает. На самом деле, я чувствую, как его член обмякает внутри меня, и это портит мой послергазменный кайф. С руками всё еще обвитыми вокруг меня, я наконец понимаю, что он делает. Он пытается спрятаться за мной.

Вот тогда мир рушится вокруг меня.

Музыка выключена, свет больше не такой приглушенный, дверь кабинки распахнута. И, что еще хуже, весь дверной проем заполняет кричащее фиолетовое платье, которое я помогала выбирать.

— Кендра!

Падаю с колен Беннета, и он спешит спрятать член. Неудивительно, что он обмяк. У меня даже члена нет, но если бы был, он тоже был бы, блядь, дряблым.

Оглядываясь на Беннета, я вспоминаю легенду. Она даже может сработать. Может, я смогу вытащить ее отсюда и убедить, что подо мной был Маверик. Беннет сидит, так что разница в росте не так заметна, а свет не на полную мощность, так что да, это может сработать.

Но этот план летит к черту, когда Маверик и Ева поднимают руки в испуганном приветствии над плечами Кендры. Их маски сняты, а это значит… она знает, что я не с Мавериком.

— Подожди, я могу объяснить, — говорю, срывая маску и пытаясь заслонить ей обзор. — Я думала, это Маверик, но я, должно быть, случайно затащила сюда кого-то другого. Упс! Какая неловкая, — делаю шаг вперед, надеясь, что она повернется и поговорит со мной подальше от места преступления, но она не поворачивается.

Она делает шаг вперед и обходит меня.

И, пока все смотрят, она наклоняется и срывает маску с Беннета.

Момент проходит будто в замедленной съемке. В шепоте бумаги и блесток маска соскальзывает с его головы и с грохотом падает на мраморный пол. Поток пота стекает по моей спине и устремляется к ложбинке между ягодиц. Беннет смотрит прямо на меня, удерживая взгляд, как человек на виселице.

Ожидаю, что Кендра закричит. Мы все этого ожидаем, потому что, как группа, мы задерживаем дыхание. Никто не двигается, даже Беннет, пока Кендра стоит над ним, ее грудь вздымается. Мы ничего не можем сделать, кроме как наблюдать за приближающейся аварией, а Беннет лежит прямо на рельсах.

В отчаянии пытаюсь встать между ними, но Эзра удерживает меня. Ева спешит с другой стороны, берет меня под руку и пытается вытащить из кабинки. Что происходит?

Затем я вижу это так ясно. Это не крушение поезда. И никогда не было. Мы шли к этому моменту с самого начала. Назревает война, и Беннет собирается пасть на меч.

— Это была полностью моя идея, — говорит Беннет с усмешкой.

Желудок скручивается в узел, не могу дышать. Он так убедителен в своей лжи, что я бы поверила ему, если бы не знала правды.

— Я понял, что если украду маску Маверика, она подумает…

Кендра отводит кулак и бьет его в челюсть. Голова Беннета летит в сторону, и усмешка исчезает, когда он возвращает ее на место.

Какого хрена я делаю? Серьезно готова позволить Кендре думать, что он, по сути, изнасиловал меня? Беннет способен на многое, но это не в его компетенции. Это даже не в той же стране, что его компетенция.

И ради чего? Чтобы она продолжала меня любить?

Качаю головой и делаю успокаивающий вдох. Это должно прекратиться, и я говорю не о своих отношениях с Беннетом или дружбе с Кендрой. Ложь должна прекратиться. Она причиняет боль слишком многим.

— Кендра, хватит, — говорю я.

Ева наклоняется к моему уху.

— Милая, что ты делаешь? Этот мужчина готов принять удар на себя, так позволь ему.

Качаю головой и вырываюсь из хватки, когда Кендра заносит руку, чтобы снова ударить Беннета, но прежде чем она успевает ударить, бросаюсь между ними. Платье рвется, когда я падаю животом ему на колени, хотя только слышу это и не вижу повреждений. Вижу только бархатную обивку.

— Кэт, какого хрена ты делаешь? Не защищай этот кусок дерьма! Не после всего!

Кендра обхватывает меня за талию и пытается оттащить, но я цепляюсь за бедро Беннета и держусь из последних сил.