И прежде чем я успеваю что-то ответить, он бросает мою одежду на банкетку. Кожу обдает легким потоком воздуха, когда он направляется к выходу, а затем оборачивается, глядя на меня, все еще стоящую на коленях на том же месте:

— А ты стоишь любых усилий, Шейла. Так что одевайся и выходи. Мы еще не закончили выяснять, что за хрень между нами происходит.

Когда он уходит, я еще какое-то время стою как вкопанная, пытаясь понять, что за херня только что произошла. И как это меня угораздило: хотела ответить на его наглость своей, а в итоге опустилась перед ним на колени.

Спустив воду в ванне, я осторожно одеваюсь и выхожу. Ищу его взглядом, чувствуя себя совершенно не в своей тарелке.

Роуэн раскладывает ужин по тарелкам на кухне и замечает меня. Костюм он уже снял, сменив его на черные спортивные штаны и футболку с логотипом Boston Bolts. Она сидит на нем так плотно, что я отчетливо вижу его рельефные грудные мышцы.

Он одаривает меня своей фирменной ухмылкой, оглядывая с ног до головы.

— Мне, конечно, безумно нравится, как на тебе сидят эти лосины для йоги, но скрывать не стану: я бы предпочел, чтобы рядом со мной ты вообще ходила без одежды.

Мои щеки все еще горят, нервы натянуты как струны.

— Слушай, мне так жаль... — я сглатываю, не зная, с чего начать. — Ну, за все это. С моей стороны было так глупо залезть в твою ванну, а потом еще, ну, так вести себя после... — я опускаю глаза в пол.

Роуэн подходит ближе и пальцем приподнимает мой подбородок, заставляя посмотреть на него.

— Пожалуйста, не извиняйся. Ни за что из этого. Наконец-то я увидел тебя с другой стороны... и эта сторона мне очень по душе. Но если честно, я пока не нашел в тебе ни единой черты, которая бы мне не нравилась.

Я улыбаюсь.

— О, не переживай, со временем я подкину тебе парочку поводов для недовольства.

И едва эти слова слетают с моих губ, до меня доходит весь их скрытый смысл.

Глаза Роуэна загораются.

— Мне нравится, как это звучит.

— Роуэн...

Он прижимает палец к моим губам, не давая сказать больше ни слова.

— У меня такое предчувствие, что ты сейчас испортишь этот момент своей занудной болтовней про правила и личные границы. А я бы хотел сперва хоть что-то закинуть в желудок.

Словно услышав разговор о еде, мой живот издает предательское, громкое урчание. Мы оба заливаемся смехом.

— Похоже, твой желудок со мной согласен, — говорит он, скользя ладонью по моей руке и переплетая свои пальцы с моими. — Как насчет того, чтобы ты присела на диван, а я принесу ужин?

Я прищуриваюсь.

— И почему мне кажется, будто это свидание, на которое меня никто не приглашал?

— Ты что, пропустила последние... дай-ка посчитать, — он комично прикладывает указательный палец к подбородку, делая вид, что усиленно думает, — пять раз, когда я пытался намекнуть, что хочу с тобой встречаться?

Я фыркаю.

— Ну да, судя по всему, пропустила! И как же ты намекал, интересно?

Он загибает один палец.

— Во-первых, когда потребовал, чтобы моим физиотерапевтом была только ты. — Он загибает второй палец. — Во-вторых, когда прислал тебе тот вибратор, который ты вовсю используешь с нашей первой встречи. — Я хихикаю, а он загибает третий палец. — В-третьих, когда позвал тебя с собой в Калифорнию на выездные матчи в эти выходные. — Он оттопыривает мизинец. — В-четвертых, когда пригласил тебя и Кая на мою игру. — Он поднимает большой палец. — И в-пятых, когда спросил, сможем ли мы увидеться после матча, и согласился хотя бы на звонок по Фейстайм.

Я смеюсь.

— Ах, так вот что это было? Твои попытки позвать меня на свидание?

Он активно кивает, будто я только что угадала финальное слово в телешоу.

— Да! Именно они.

Я снова тихонько смеюсь. В груди разливается странное тепло, и мне кажется, будто я парю в воздухе. Когда вообще между нами все изменилось? Когда он успел пробить брешь в стенах, которые я так упорно возводила?

— Мистер Роуэн Ловелас Паркер, а вы раньше вообще когда-нибудь звали девушек на свидания?

— Да! Я только что рассказал тебе про последние пять попыток, и во время каждой ты казалась либо абсолютно слепой, либо категорически настроенной против. Для моего эго это, мягко говоря, был суровый удар.

Я наклоняю голову набок.

— Насколько я знаю, твоему эго мало что может повредить.

Он подается вперед с беззащитной улыбкой и шепчет:

— Мало что. Кроме тебя.

Я в шутливом жесте вскидываю руки.

— Сдаюсь. Ты победил.

— Значит ли это, что ты согласна?

Я медлю, выигрывая время.

— Я плохо соображаю на пустой желудок, а сейчас я просто умираю от голода. Так что сначала тебе придется меня накормить.

Он склоняет голову.

— Я бы поспорил. Сегодня на пустой желудок ты принимала решения куда лучше, чем когда-либо. Пожалуй, мне стоит почаще держать тебя голодной рядом со мной. — Он подмигивает. — Тогда ты сможешь съесть на ужин меня.

Я кладу ладонь ему на грудь.