— Хорошо. Что ж, давайте я посмотрю и подберу несколько упражнений, — говорю я, пытаясь его успокоить. — Как ваше подколенное сухожилие, полегче? Вы делали упражнения, о которых мы говорили в прошлом месяце?

— Ощущение такое, будто на нем лежит мешок с камнями, так что нет, не легче. А теперь еще и рука перестала гнуться, и эта чертова боль, когда я выворачиваю ее так, как показал.

Ага, так, как положено выворачивать руки только цирковым трюкачам и зомби.

Я провожу несколько стандартных осмотров ради его успокоения и расписываю комплекс новых упражнений на неделю. Затем прошу его лечь на кушетку, чтобы проверить сухожилие. Кладу одну ладонь чуть выше его поднятого колена, другую — на заднюю поверхность бедра и прижимаю колено к груди, внутренне готовясь к неизбежному.

Как и ожидалось, мистер Ховард пускает газы. Громко.

Пожалуй, это звучит даже громче его обычного голоса, и, как и собственный крик, этот звук он тоже не слышит.

Я прокашливаюсь, стараясь ничем не выдать своего дискомфорта, и вспоминаю одну из многих причин, по которым держу в ящике освежитель воздуха.

— Как ощущения?

— Моя пятка? — кричит он. — С пяткой все в порядке, синичка. Меня беспокоят сухожилие и плечо. Будь повнимательнее!

— Хорошо.

Продолжая осмотр, я тяну заднюю поверхность его бедра в разные стороны, используя ту же технику, и старательно игнорирую трубные звуки, оглашающие кабинет.

Когда мистер Ховард наконец уходит — не забыв напоследок пожаловаться на совершенно новые болячки, которые, похоже, развились за то короткое время, что он пробыл здесь, — и я хорошенько сбрызгиваю комнату экологически чистым освежителем, я сажусь за стол и обхватываю голову руками. Я так погружена в свои мысли, что едва слышу стук в дверь.

Через пару секунд в мой кабинет заходят лучшие подруги.

— Ох, милая. — Лив смотрит на меня с сочувствием, явно заметив на моем лице крайнюю степень усталости. — Нам срочно нужен спонтанный вечер книжного клуба с пошлыми романами? У меня есть твое любимое органическое вино и палео-батончики с тыквенными семечками. Я даже сделаю вид, что они мне нравятся, когда ты предложишь откусить кусочек.

Я усмехаюсь.

— Не могу. У меня сегодня еще один пациент... самый невыносимый и капризный из всех.

— И почему мне кажется, что «невыносимый» — это шифр для «сексуальный» ? — Лив подмигивает мне. — Брось, ты же можешь признаться, что он тебе нравится, особенно там.

Я фыркаю.

— Он нравится мне примерно так же, как глутамат натрия в еде.

Лив закатывает глаза.

— Слушай, ты можешь и дальше все отрицать, но мы же видим, как ты улыбаешься, когда мы о нем говорим...

— И как ты в последнее время стала проявлять повышенный интерес к хоккею, — добавляет Делия.

— И как твоя аура в последнее время так и отливает оранжевым. Ну, не считая того, что сегодня она скорее серая, но это, наверное, от усталости...

— Я действительно устала, — подтверждаю я. Утром я уже вкратце обрисовала всем ситуацию с протечкой в комнате. — Я вообще не спала.

— Ну, Кортни и Беккет все починили, — вклинивается Дилан. — Они пытались нанять какого-то придурка-сантехника, но стоило мне задать ему один простой вопрос, как он тут же свинтил.

— Никакой это был не простой вопрос, — Делия сердито смотрит на нее. — Ты спросила, за что он получил свой единственный трехзвездочный отзыв на Yelp, а потом опозорила беднягу, зачитав его вслух! Ну кто так делает?

— Он получил такую оценку, потому что опоздал на заказ! Ты же знаешь, как я отношусь к непунктуальности, — спорит Дилан.

— У него были семейные обстоятельства! — вмешивается Лив. — Не дай бог у людей случатся форс-мажоры! А потом ты еще и оскорбила его инструменты.

Делия отмахивается от подруг.

— По-моему, этот парень был слишком уж нежным. Если он так легко обижается, то ему вообще не место в сфере услуг.

Мы с Лив и Дилан возмущенно переглядываемся.

— Впрочем, мы здесь не за этим, — говорит Делия, меняя тему. — Мы видели, как ты ползала тут бледная как поганка, и пришли тебя обнять. Так что, — она раскидывает руки, — а ну-ка, иди сюда.

Я плетусь к подругам, позволяя им коконом укутать меня в свои объятия. Эти девчонки — мои сестры — примчались сегодня ко мне, потому что прекрасно знали, как сильно они мне нужны. И мне мгновенно становится гораздо лучше, чем пять минут назад.

— Так что там означает оранжевая аура? — бормочу я, уткнувшись кому-то в плечо и вспоминая замечание Дилан.

— Что ты хочешь трахаться, — без промедления чеканит она.

Делия фыркает.

— Ну, это не новость. У нее личных игрушек больше, чем в камере пыток для БДСМ.

Мои плечи трясутся от смеха.

— Заткнитесь. Ты просто все еще злишься из-за того сантехника и его никчемного инструмента.

— Кого ей действительно не хватает, так это сантехника с нормальным рабочим инструментом. Такого, который по-настоящему прочистит ей трубы, — добавляет Лив.