Делия тычет подругу в бок, отчего та вскрикивает, и мы все начинаем хихикать. На душе у меня впервые за день становится по-настоящему легко.

— Но я все-таки должна спросить... — Лив внимательно смотрит на меня, когда наше групповое объятие распадается. — Что тебя останавливает?

Я хмурюсь, поднося к губам бутылку комбучи.

— Останавливает от чего?

— От того, чтобы вытрахать Роуэну Паркеру все мозги.

Прямо посреди глотка напиток попадется не в то горло, и я захожусь в кашле. Делия хлопает меня по спине, да так сильно, будто выбивает весь воздух. Наконец я перевожу дух и сердито смотрю на нее. Готова поклясться, она получила от этого извращенное удовольствие.

— Ну, для начала то, что я его физиотерапевт! — Я смотрю на Лив как на сумасшедшую. — И давайте не будем забывать про его возраст. Да у него самые долгие отношения длились, наверное, столько же, сколько мои самые затяжные месячные.

Лив скрещивает руки на груди и смотрит на меня с укором.

— Это, во-первых, жутко предвзято, а во-вторых — неправда.

В бок колется маленькая иголка чувства вины.

Пожалуй, я и правда высказалась слишком категорично.

Признаться, я никогда не интересовалась личной жизнью Роуэна. Все, что я о нем знала, я видела по телевизору, когда Аджай и Кай смотрели матчи Bolts. Так что с моей стороны некрасиво делать вид, будто мне известно его прошлое.

И почему я себя так веду? Да, он испытывает мое терпение с первой минуты нашего знакомства, а его упорство сравнимо разве что с котом, который во что бы то ни стало вознамерился поймать красную точку от лазера. Но в то же время он бывает таким милым и предупредительным — и не только со мной, но и с Каем. Почему мне кажется, будто мои разум и тело объявили друг другу войну, а сердце пытается отыскать ближайший пустой шкаф, чтобы в нем спрятаться?

— Да, ты права. — Я киваю, глядя себе под ноги. — Это было предвзято, на самом деле я так о нем не думаю. То есть он молод, конечно, но это не значит, что у него не могло быть серьезных отношений. — Я поднимаю глаза на Лив и поспешно добавляю: — Не то чтобы я вообще планировала заводить с ним отношения. И не то чтобы я вообще планировала с ним что-то, кроме нашего нынешнего рабочего союза.

— Ага, конечно, — говорит Делия, упирая руки в бока всем своим видом показывая, что не верит ни единому моему слову.

— Я правду говорю! — настаиваю я, округляя глаза. — Что бы вы там себе ни придумали, между нами ничего нет.

— Именно поэтому ты вчера после матча сидела на ступеньках и разговаривала с ним по Фейстайму? — спрашивает Дилан, приподняв бровь. Но прежде чем я успеваю возмутиться, она вскидывает ладони: — Не переживай, я не подслушивала. Просто пришла проведать тебя и увидела, что вы болтаете.

— У него травма плеча, он хотел, чтобы я взглянула, — заявляю я деловым тоном, прекрасно понимая, что не договариваю всей правды. Роуэн просто выдумал эту травму, а я все равно осталась на линии. Потому что мне тоже нравилось с ним разговаривать.

Рядом с вами я вообще ничего не соображаю.

Протечка была не единственной причиной моей бессонницы. Его слова — полные скрытого смысла, сказанные под конец разговора — тоже не давали мне покоя, плавая в голове, как потерявшие ориентир золотые рыбки.

Подруги молчат, одаривая меня синхронными скептическими взглядами.

— Ладно! Я думаю о нем! Вы этого от меня ждали? Да, я думаю о нем постоянно, черт! Он меня привлекает, и я хочу... хочу трахнуть этого самоуверенного красавчика-хоккеиста и стать его личной преданной фанаткой на полную ставку! Довольны? — Я вскидываю руки и тут же роняю их, но в процессе задеваю пальцами бутылку с комбучей, и та опрокидывается прямо на мой рабочий стол. — Черт!

Да уж, ванна с пеной и бокал вина мне бы сейчас точно не повредили.

Девчонки тут же бросаются на помощь, помогая устранить потоп, после чего Лив берет меня за руку.

— По-моему, если ты этого хочешь, то надо действовать. Очевидно же, что ты ему тоже нравишься.

Я фыркаю.

— Действовать? И как? Как, по-твоему, я должна ему сказать: «Знаешь, мне хочется, чтобы ты трахал меня до потери пульса, потому что рядом с тобой у меня отключаются мозги, но при этом отношения мне как бы не нужны»?

Лив хихикает.

— Ну, например, прямо так?

— Главное, не забудь про контрацепцию, когда соберешься, — добавляет Дилан и, подмигнув мне, проводит рукой по своему беременному животу. В ее глазах появляется мечтательное выражение. — Боже, из этого получился бы такой классный хоккейный роман. Помнишь последний, который мы читали в книжном клубе? Тут еще и запретный элемент «врач-пациент», а это всегда намного горячее.

Я качаю головой, отмахиваясь от ее восторгов:

— Вот как раз насчет этого запретного элемента: а как же наша профессиональная этика?