— Никакой выгоды. Я просто стараюсь ради команды брата. Роуэн — ключевой игрок, и если ему поможет твое присутствие, то я подумал, что стоит попытаться тебя уговорить, — я уже собираюсь возразить, но он бесцеремонно перебивает меня: — Да и кто знает, может, эта поездка пойдет на пользу и тебе, и Каю.

Я ему не верю, этот урод просчитывает все лучше любого компьютера, но я слишком устала, чтобы спорить. Поворачиваюсь к боковому входу в дом.

— Приятно поболтали, слабак.

Я уже собираюсь запереть дверь, как замечаю блеск в его глазах.

— Твой маленький секрет останется между нами, Мелочь. Так что не забивай свою причесанную голову всякой ерундой.

Ну и заноза в заднице...

От него так и прет фальшью, как и от его едва скрытой угрозы. Клянусь, мне безумно хочется ударить его ногой, чтобы он летел обратно до самого своего особняка во Флориде.

— У кого-нибудь еще пропали зеркальца из пудрениц? — спрашивает Делия, заходя на кухню и на ходу вдевая сережку в мочку уха. В своем сшитом на заказ костюме и со светлыми волосами, уложенными сзади в идеальный пучок, она выглядит просто потрясающе. — У меня они будто испарились.

Близнецы, Фиби и Колетт, о чем-то перешептываются, склонив головы над кухонной стойкой и склонившись над чем-то, похожим на какую-то микросхему.

Они сердито косятся на Кая и Винни — девятилетнюю дочку Лив и, пожалуй, самого близкого Каю ребенка, если не считать Лиама. Эти двое, кажется, тоже ведут свой молчаливый диалог.

Что вообще происходит между этой четверкой?

— У меня все на месте, — ухмыляется в ответ Кортни, наблюдая, как Дилан расставляет на свои места кусочки сложного пазла, который он ей купил. В этом деле она настоящий гений. — Я сегодня утром как раз проверил все свои пудреницы и палетки.

— Сейчас Меркурий в ретрограде, — отзывается Дилан, не отрываясь от своего занятия. — А я в этот период не крашусь, так что без понятия, пропало там что-то или нет.

Ну, допустим.

Я ставлю пустой стакан из-под воды с лимоном на столешницу; после утренней тренировки с меня все еще катится пот.

— А я-то думала, что это мне показалось. Вчера в моем веганском косметическом наборе — ну, том, что без парабенов, отдушек, токсинов и не тестируется на животных — тоже не хватало нескольких зеркалец. Подумала, может, отклеились как-то сами.

Кай прокашливается, и мы с Делией замечаем, как Винни пинает его под стойкой, прежде чем близнецы награждают его очередным многозначительным и обещающим расправу взглядом.

— Так, вы четверо, — Делия упирает руки в бока. — У меня нет времени на ваши игры, но я точно знаю, что это ваших рук дело. Живо колитесь, кто это устроил?

Дети переглядываются, но никто не издает ни звука.

Кортни встает, привлекая к себе внимание ребят. У него это легко получается, ведь для них он классный дядя-бейсболист.

— Что ж, я собирался отвезти всех поесть мороженого, — он многозначительно смотрит на меня, — а Каю купить замороженный йогурт без сахара. Но, видимо, фиг вам, а не десерт, раз вы не хотите сознаваться в своих проделках.

Я с трудом подавляю накативший страх из-за того, что Кай будет есть что-то холодное в такое время года, когда на улице заметно холодает. Он же может простудиться, не говоря уже о пищевых красителях, которые пихают почти во все эти замороженные йогурты...

— Ну, вообще-то Колетт хотела... — начинает Винни, указывая пальцем на другую сторону стойки, где сидят близнецы.

— Это была не только моя идея! — тут же начинает защищаться Колетт.

— Вообще-то, ты помогала, — обвиняющим тоном добавляет Кай. — Ты держала фен у задней стенки пудреницы, чтобы разогреть клей за зеркалом, и оно отошло.

— Ага, а выковыривал их ты! — подхватывает Фиби, тыча в Кая пальцем.

— Девочки... — пытается вставить слово Делия.

— Но я вытащил не все! — спорит Кай. — Фиби достала больше всех...

— Кай? — на моем лице отражается крайнее изумление. И это тот самый законопослушный ребенок, которого я растила все эти годы? — Ты тоже в этом участвовал?

— Ну ты и ябеда! — добавляет Фиби, злобно зыркая на Кая. — Мы же договаривались не говорить мамам!

— Прости, мам, — у Кая от чувства вины подрагивает губа. — Я говорил им, что это плохая идея...

— Это была гениальная идея! Мы воплощаем только гениальные идеи, а не чушь, — Колетт раздраженно хмурит брови.

— Так, ладно, ладно, — предпринимает еще одну попытку Делия. — Может, кто-нибудь объяснит мне, в чем заключалась гениальность плана по нагреванию нашей косметики и выдиранию оттуда зеркал?

— Фиби и Колетт хотели сделать перископы.

Мы с Делией и Дилан в замешательстве переглядываемся.

— Перископы? — переспрашиваю я.