Для меня близость стала частью акта. Чем-то, что «я просто делал», потому что иначе я мог бы выдать себя за демона, которым являюсь на самом деле. Имитация близости стала ещё одним щитом, сдерживающим тьму внутри меня.

Пока не появилась Гарриет.

Пока впервые в жизни желание обладать, заявлять права и трахать не стало механической частью выживания в реальности.

Это стало тем, чего я жаждал, как наркотик.

Только от неё.

И с того первого раза я пропал. Может, я ненавижу её. Может, я, блять, люблю её. Может, это токсичная, всепоглощающая смесь того и другого. Но я знаю, что бы ни случилось, она – единственная для меня.

Прости, Анастасия.

Я моргаю, когда особенно яркая вспышка камеры ослепляет меня. Анастасия сияет, хлопая ресницами, её губы изгибаются.

– Наклонись и поцелуй меня в ухо, Крис.

Мои брови сходятся, губы сжимаются.

– Нет.

Она улыбается шире, но очевидно, что это для папарацци снаружи.

– Просто наклонись, – бормочет она едва шевеля губами.

Я рычу, вставая со стула, и наклоняюсь к той стороне её лица, которая не обращена к окну. Анастасия поворачивается, будто хочет поцеловать меня, её рука скользит в мои волосы.

– Даже не вздумай меня, блять, целовать, – шипит она.

Я замираю, приподнимая бровь и глядя на неё – моё лицо скрыто от камер её волосами. Она отстраняется, кокетливо закусывая губу, затем поворачивается и снова сверкает улыбкой в камеры.

– Ну, думаю, этого достаточно, да? – вздыхает она. Всё ещё улыбаясь, она поворачивается к двум здоровенным парням в тёмных костюмах, стоящим у входа в Cheval, и кивает. Я вижу, как они кивают в ответ, выходят на улицу и что-то говорят оставшимся папарацци.

Камеры исчезают за секунды.

Один из мужчин остаётся снаружи, спиной к нашему окну. Другой охранник возвращается и задёргивает густой бархатный занавес, делая наш столик гораздо более приватным.

– Ну, теперь…

Как по щелчку выключателя, всё поведение Анастасии меняется. Она сбрасывает чувственную улыбку и мгновенно отпускает мою руку, возвращая её к своему бокалу с мартини.

Когда я приподнимаю бровь, она небрежно пожимает плечами.

– При всём уважении к твоим красивым глазам, от которых, уверена, женщины сходят с ума, Крис, – она пожимает плечом. – Я не заинтересована.

Я любопытно усмехаюсь, нахмурившись.

– Это называется устраивать шоу, – вздыхает она. – И кроме того, я прекрасно знаю, что ты тоже не заинтересован.

– Без обид, Анастасия...

– О, я могла бы немного обидеться, если бы это меня волновало, – она снова пожимает плечами. – В смысле, у девушки может возникнуть комплекс.

Она подмигивает.

– Но я знаю, что дело не во мне, просто кто-то другой уже украл твой взгляд.

Я подношу виски к губам.

– Я не встречаюсь.

Анастасия вздыхает:

– Думаю, нам нужно начать сначала.

– Прости?

– Ты, кажется, представляешь меня не той, кто я есть. Поэтому, полагаю, нам нужно начать сначала.

– И кем же я тебя представляю?

– Глупенькой маленькой блондинкой – принцессой Братвы, – тонко говорит она. – Кто послушно делает, что просит папочка, чтобы её трастовый фонд из нечестно нажитых денег продолжал расти. Кто не слишком умный, кто преуспевает в шопинге, путешествиях по экзотическим местам и красивых улыбках для камер. Я близка к тому образу, что у тебя в голове?

Я приподнимаю бровь, молча потягивая виски. Это не точная картина, которую я имел. Но без обид, она в основном права.

– Ладно, я так и думала, – бормочет она. – Итак, давай покончим с этим. Во-первых, я отлично знаю, с кем ты тайком встречаешься. И я имею в виду с ней.

Мои глаза холодно сужаются.

– Не мой отец. Я. Я знаю.

Я медленно сглатываю.

– И с кем, по-твоему, я «тайком встречаюсь», Анастасия?

– Принцесс Братвы, как известно, чертовски трудно убить, Кристоф.

Мой пульс стучит.

– Поверь мне, – вздыхает она. – Раз уж мы начинаем всё с чистого листа, скажу максимально прямо: у меня нет ни малейшего желания выходить за тебя замуж.

Я усмехаюсь:

– Ой, больно.

– Уверена, ты выживешь. Так что, нет, я не хочу выходить за тебя, Кристоф. Но я хочу работать с тобой. И думаю, у меня есть предложение, от которого мы оба выиграем.

Я складываю пальцы домиком, с новым любопытством глядя на неё. Она права. Кажется, я недооценил Анастасию Яванович.

– Я поделюсь с тобой кое-чем, что известно очень и очень немногим. На самом деле, кроме меня, это знают лишь несколько человек в моей организации, которым я доверяю. Я решила включить тебя в этот круг.

– Я слушаю.

Она отводит взгляд, задумчиво прикусывая губу, словно принимая окончательное решение. Затем кивает и поворачивается обратно.

– Я готовлю переворот.

Я напрягаюсь, приподнимая брови.

Ну, это становится интересно.

– Ты завладела моим вниманием.

– Я так и думала. Я собираюсь свергнуть отца и стать главой семьи. И мне нужна твоя помощь.

Я хмурюсь.