Я уже собираюсь отвернуться, как вдруг что-то останавливает меня. Я разворачиваюсь на стуле, прокручиваю назад и останавливаюсь, когда взгляд падает на название компании в списке, которое привлекло моё внимание.

Вы, блять, шутите.

Компания называется «Golden Crown LLC». И я прекрасно знаю, чья это подставная компания.

Я много лет хорошо знал этого человека. Просто не видел его месяцами.

Никто не видел.

Потому что Оливер Принц был наполовину сожжён до смерти в пожаре девять месяцев назад.

Я делаю медленный, выверенный вдох перед воротами поместья Принца. Я не хочу здесь быть. Не потому, что не хочу видеть старого друга, а потому что знаю: это, вероятно, последнее, о чём он сейчас хочет волноваться.

Не после того пожара.

Не после того, что он потерял.

И не после того, как часть вины за случившееся лежит на мне.

Соперничество между Оливером и Ноэлем Рэнсомом должно было когда-нибудь сломаться. Это было неизбежно, как ядерная война. Я всегда старался сохранять нейтралитет – в конце концов, они оба были моими друзьями. Иногда, да, я принимал чью-то сторону. Когда Принц украл первую жену Ноэля Матильду – на самом деле сестру жены Адриана Кросса, – например, да, я был на стороне Ноэля. Но когда Матильда умерла, и я увидел, как это сломало Оливера, я был рядом с ним.

Дружба иногда бывает сложной.

Но месяцы назад, когда Ноэль заподозрил, что Оливер пытается навредить Элле, я поддался и помог ему. Я дал ему информацию – скрытую информацию, которая, как я думал, указывала на вину Оливера.

Я ошибся.

Мы все ошиблись.

Итак, пожар, смерть и разрушение жизни Оливера, которые последовали? Я по крайней мере частично виноват в этом. И в том, что я пришёл к своему другу сейчас, есть вина, которая проникает в меня, как яд. Особенно потому, что он не знает, что я был источником той информации.

Но я должен узнать. Я должен довести это до конца.

«Golden Crown LLC» – одна из подставных компаний Принца, которую он использует – или, по крайней мере, использовал – для ведения дел с людьми, с которыми иначе не стал бы или не мог быть замечен в делах. Оливер Принц всегда считался в финансовом мире этаким плейбоем. Но его прозвище всегда было «золотой мальчик».

Тот, кто не может ошибаться. Тот, кто играет по правилам.

Кроме того, он им не был. Не совсем. Отсюда и «Golden Crown LLC». Golden – из-за его имиджа «золотого мальчика» и прозвища. А Crown... ну, Принц. Думаю, это всё говорит.

Я даже работал на него для этой компании два года назад. Это было спустя годы после того, как я перерыл финансы Питера, так что неудивительно, что раньше я не связал все точки. Но два года назад я летал в Москву, чтобы вселить немного страха Божьего – или, по крайней мере, моего – в одного олигарха, с которым он вёл дела и который пытался устроить враждебное поглощение активов Принца в России.

Я выдыхаю, закрывая глаза, прежде чем нажать кнопку звонка на воротах.

Нажимаю. Ничего не происходит. Но внезапно я вижу, как на одной из камер наблюдения, направленных на ворота, загорается маленький красный огонёк.

За мной наблюдают.

– Оливер, – тихо рычу я. – Я знаю, что ты там. Я не для того, чтобы узнать, как ты, потому что прекрасно знаю, что ты не в порядке. Я просто...

Я отворачиваюсь.

Начало «Королей и Злодеев» в колледже было двадцать лет назад. С тех пор некоторые из нас остались относительно близки, другие отдалились. Ларс, например, занят своим. Ноэль был сам по себе долгие годы до недавнего времени – и я знаю, за это мы можем благодарить Эллу. Мэддокс – ну, он сам по себе зверь.

Но последние несколько месяцев Оливер заперт в своём особняке. Ни разу не выходил. Бывший золотой мальчик финансового мира, который был также знаменит своим деловым чутьём, как и своими роскошными машинами и женщинами, не ступал за порог этого огромного дома месяцами.

И я ни капли его не виню. Не после того, через что он прошёл. Не после того, что он потерял.

И кого он похоронил.

Я также знаю, что я не первый из нас, кто пытался достучаться до него в последние месяцы. Господи, даже Ноэль был здесь полдюжины раз, чтобы предложить поддержку или что-то ещё. Но его встречало лишь молчание, а иногда и грубое, рявкнутое «убирайся».

Но я знаю, почему Ноэль потерпел неудачу. Я знаю, почему не вышло у Брэддока, у Адриана и даже у Ларса, когда он прилетал, чтобы поговорить со старым другом. Чёрт, я знаю, почему я потерпел неудачу в прошлый раз, когда пытался его увидеть.

Потому что мы используем неправильный язык. Мы предлагаем неправильные вещи.

Оливер не просто страдает и скорбит. Он полон ненависти. Ему не нужны грёбаные объятия или кто-то, кто будет обращаться с ним в белых перчатках и говорить, что всё наладится.

Та часть его, которая вообще имеет дело с понятиями любви и утешения, буквально выжжена из него, оставив только металлический каркас финансового магната, которым он является.

Любовь, доброта и обещание грёбаного объятия не откроют эти ворота.

Но бизнес – откроет.