“Ну, мне очень понравился Лондон”, - сказал Андрей, садясь. “То есть сначала я его ненавидел, но потом привык. Я привыкла жить со своими тетей и дядей. Они всегда были добры, я завела друзей и выучила английский. Единственное, что мне никогда не нравилось, так это дождь. Лондон такой мокрый! Снега не было, просто шел сильный дождь. Я учился в университете, много читал и многому научился. И я действительно пару раз ездил в Париж. Красивый город, но я думаю, что русские женщины красивее француженок! Я вернулся, как только закончил учебу”.

- Ты скучал по Зине? - спросила Анна с многозначительной улыбкой.

“ Конечно, хотел. Я думал о ней все время. Он украдкой взглянул на меня.

“Сегодня такой прекрасный день”, - сказала мама. “Почему бы вам, молодые люди, не пойти посидеть в саду? Я должен позаботиться о нескольких вещах.

Слуги поставили стулья с пушистыми подушками посреди мощеной площадки двора. Я опустилась в одно из них и взяла пирожное с подноса на столе. Андрей и Анна обошли вокруг, рассматривая клумбы. Сад быстро разрастался; тюльпаны с каждым часом становились все крупнее, счастливые на грязной земле после вчерашнего дождя.

“Если вести себя очень тихо, - сказал Андрей, - то можно услышать, как жуют дождевые черви и роются в грязи”.

“ Правда? Анна хихикнула.

“Просто задержи дыхание и слушай”.

“ Да! Мне кажется, я их слышу!

Анна заметила жука, карабкающегося по дереву. Она любила всех животных и насекомых и могла наблюдать за ними часами. Когда мы были маленькими, она любила играть с нашими братьями, лазать по деревьям и бегать в одиночку. В нашем летнем домике у нее всегда были ободраны колени и локти, в то время как я большую часть времени проводила за чтением или вышиванием. Я ненавидел насекомых, но Анна искала их и иногда приносила домой, чтобы показать нам. Единственное, чего Анна когда-либо боялась, это грозы.

Андрей оставил ее наблюдать за своим жуком и вернулся ко мне. Он снял свой черный пиджак, бросил его на стул и сел. Из кармана выпал сложенный лист бумаги. Я наклонился, чтобы поднять его с земли. Я не собирался его читать, но он открылся у меня в руке, и я увидел написанные на нем слова и изображения: набросок группы мужчин и женщин из рабочего класса, стоящих плечом к плечу с поднятыми кулаками, а над их головами надпись: “Земля крестьянам! Фабрики - рабочим!”

“ Что это? - спросил я.

“ У меня получилось. Что ты думаешь?

“ Это очень вкусно. Я просто не знаю...

“ Речь идет о том, чтобы положить конец несправедливости, Зина. Возбуждение в его глазах передалось мне.

- Какая несправедливость?

“Мы живем так комфортно, когда крестьяне и рабочие на фабрике наших родителей вынуждены работать по двенадцать часов в день, не получая достаточной зарплаты, чтобы прокормить свои семьи. Они не могут накормить себя в достаточном количестве или иметь хорошую крышу над головой. Рабочим в России платят меньше, чем во всех других странах Европы!”

Я была озадачена. Я ожидала романтического времяпрепровождения с Андреем, а не лекции.

— Я уверен, что все не может быть так плохо...

“ Вы когда-нибудь были на фабрике? Вы когда-нибудь разговаривали с рабочими? - спросил он.

“ Нет, конечно, нет! С какой стати мне это делать?

“Вы заботитесь о своих собратьях-людях, не так ли? В мире так много страданий, которые можно предотвратить, но из-за жадности немногих должны страдать многие. Подумайте об этом. Рабочие заслуживают лучшей жизни”.

“ Я не хочу, чтобы кто-то страдал. Ты говорила со своим папой? Я уверена, что он поможет рабочим и...

“О, Зина, конечно, я говорила с ним. Я говорила с ним много раз, но он говорит об эффективности и прибыли. Деньги для него превыше всего. Он говорит, что если рабочим не нравятся условия и зарплата, они могут найти работу где-нибудь в другом месте, но везде одно и то же! Были забастовки рабочих, призывы к улучшению условий труда, чтобы улучшить ситуацию, с которой приходится сталкиваться крестьянам. Они больше похожи на рабов, чем на свободных граждан. Были требования ограничить власть царя и создать конституционную монархию, но царь не хотел сдаваться и напал на мирных демонстрантов. Погибло много людей, в том числе и в Кровавое воскресенье”.

Андрей наклонился вперед в своем кресле, говоря с раскаленной страстью. Его глаза заблестели.

“ Кровавое воскресенье? - Что? - пробормотал я.

“ Ты не знаешь, что произошло? Он казался искренне потрясенным.

- Никогда о таком не слышал.

“В воскресенье, 9 января 1905 года, здесь, в Петербурге, отец Георгий Гапон повел мирных демонстрантов к Зимнему дворцу, чтобы представить петицию царю, и армия напала на них, открыла огонь и убила сотни людей. Это привело к массовым забастовкам. Людей арестовывали, пытали, сажали в тюрьмы, казнили, а некоторые лидеры были сосланы”.

Я чувствовал себя невеждой. Он жил в Лондоне и знал о том, что происходит в России, больше, чем я. “Я ... я просто не понимаю; если все это правда, почему я об этом не слышала. Не только это, но и то, что папа хороший человек. Я просто знаю, что он хороший. Он добрый и...