— Так или иначе, родители Клары сперва сами отправились на поиски. Когда на пути, которым она должна была идти, девочки не оказалось, обзвонили других подруг, но те её тоже не видели. Около девяти явились в полицейский участок Эренфельда на Венлоер-штрассе и заявили о пропаже дочери.

— И почему я узнаю об этом только в половине первого ночи?

— Да брось, Бернд, — отозвался докладчик. — Сам же знаешь, как это бывает. Коллеги сперва составили заявление о пропаже, потом разослали патрули, те объездили район в поисках девочки, и лишь когда это не дало результата, оповестили дежурную криминальную службу. Дежурный заподозрил связь с делом Леа и сообщил нам. Обычный порядок.

— Что вы на это скажете, господин Менкхофф, — ведь вы только вчера уверяли меня, что похититель детей мёртв? — осведомилась прокурор.

— Скажу, что спустя пару часов после исчезновения девочки пока не скажу ничего.

Она кивнула.

— Да, так я и думала. Хорошо. Передайте фото малышки в прессу. Согласие родителей есть. Теперь дорог каждый час. Завтра утром жду у себя на столе подробный отчёт обо всех принятых мерах. Будем надеяться, что к тому времени она найдётся. Всем доброй ночи.

Бросив на Макса последний, трудночитаемый взгляд, она вышла. Менкхофф ещё немного выждал — словно желая убедиться, что она и впрямь не вернётся, — а потом повернулся к Максу.

— Думаю, теперь ты можешь ехать домой и постараться поспать пару часов.

Макс обвёл взглядом комнату, где все глаза устремились на него. Он предпочёл бы остаться на совещании, но затевать в такой обстановке спор с Менкхоффом не хотел. К тому же догадывался, почему тот отсылает его домой.

Менкхофф кивнул на дверь.

— Я провожу тебя вниз.

Макс кивнул сотрудникам группы «Леа» и вышел вслед за главным комиссаром. У лестницы Менкхофф сказал:

— Ты слышал, что изрекла наша любезная госпожа прокурор. Мне нельзя приближаться к господину адвокату и его доченьке, так что придётся тебе взять это на себя. Поезжай домой, поспи пару часов, а утром придумай, как подобраться к Алине Боренс.

Это подтверждало догадку Макса насчёт побуждений Менкхоффа.

— Хорошо. Завтра понедельник. Ты упоминал, что у жены Боренса ювелирный магазин в центре…

Они спустились на первый этаж, и Менкхофф придержал перед Максом дверь.

— Да, довольно большой. Адрес найдёшь по вывеске «Ювелир Керман». Это её девичья фамилия. Магазин она унаследовала от отца. Но предупреждаю заранее: Даниэла Боренс — баба зубастая.

Макс усмехнулся.

— Хуже госпожи прокурора?

Уголок рта Менкхоффа тоже дёрнулся.

— В известном смысле — да. Наша госпожа Петерман умеет быть и вполне сносной. Сейчас она такая невыносимая просто потому, что на неё самоё давят сверху. Политика, что поделаешь. А Боренс — ведьма до мозга костей, ей попросту в радость браниться и поливать всех грязью. И прежде всего — собственную семью.

— Семью? И дочь тоже?

— Да, и её.

— Что ж, тогда она как раз подходящая собеседница для меня, — заключил Макс.

В вестибюле Макс ещё раз повернулся к Менкхоффу.

— Удачи в поисках малышки Клары. Может, она ещё найдётся.

— Да, может быть. Хотя чутьё подсказывает мне иное.

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

Глава 43

ГЛАВА 43

На следующее утро в десять минут десятого Макс вошёл в ювелирный магазин «Керман» неподалёку от Хоймаркта. Искать долго не пришлось. Среди пяти продавцов, что стояли за небольшими, изысканными на вид прилавками и раскладывали перед покупателями сверкающие украшения на плоских лотках, обтянутых чёрным бархатом, светловолосая женщина лет сорока пяти выделялась сразу. Её окружала аура холодной неприступности, и она была бы красавицей, если бы поджатые уголки рта не придавали тонко очерченному лицу оттенок горечи.

Макс уверенно направился к столику, за которым она показывала броско накрашенной пожилой даме разные броши. Когда он остановился в паре метров за спиной покупательницы, Даниэла Боренс подняла на него глаза и задержала взгляд на секунду дольше, чем требовалось, прежде чем подарить ему улыбку и снова заняться дамой.

— Доброе утро, могу я вам помочь? — Макс обернулся: рядом стояла молоденькая рыжеволосая продавщица и лучезарно ему улыбалась.

— Спасибо, очень любезно с вашей стороны, — приветливо ответил он. — Я жду госпожу Боренс.

Улыбка не сошла с её лица, но заметно поблёкла.

— А, да, хорошо, как вам угодно.

Хозяйка снова одарила его долгим взглядом и кивнула.

Ждать пришлось всего несколько минут, и за это время дверь магазина едва ли простояла закрытой дольше минуты кряду. Дела тут, похоже, шли прекрасно.

Наконец пожилая дама ушла — выбрав одну из брошей и расплатившись на кассе.

Даниэла Боренс с улыбкой подошла к Максу.

— Доброе утро. Мне передали, что вы желаете, чтобы вас обслужила именно я. Чем могу быть полезна?