— Пока доберёмся, будет за полночь.
— Мне глубоко плевать, который час. В этом треклятом деле у нас так мало зацепок, что за эту мы будем держаться, пока след горячий. Так что давай, забрасывай задницу в свою поцарапанную тачку и дуй сюда.
Макс понял, что Менкхоффа не переубедить. Откажись он — главный комиссар поедет к Боренсам один, а это только усугубит дело.
— Ладно. Но ты же знаешь, мне нужно минимум сорок пять минут.
— Жду тебя перед домом.
Когда Макс свернул на улицу, где стоял роскошный особняк Боренсов, тёмная «ауди» А6 Менкхоффа уже притулилась у обочины.
Макс ещё парковался, а главный комиссар уже выбрался наружу и двинулся ему навстречу. Дождавшись, пока Макс выйдет, он зашагал к крыльцу.
— Ну что, прощупаем барышню.
— Ничего, если разговор поведу я? — спросил Макс, но дверь уже открылась, и в проёме выросла грузная фигура Александра Боренса.
— Что вам понадобилось в такой час? — голос его не таил и следа той приветливости, что в прошлую встречу. — Я слышал громкие голоса, и наверняка не я один. Вы что, всю улицу перебудить решили?
— Нам нужно побеседовать с вашей дочерью, — бойко заявил Менкхофф, прежде чем Макс успел открыть рот.
— Среди ночи? Она давно в постели, спит.
Менкхофф остановился перед хозяином и недоверчиво на него посмотрел.
— Вы уверены?
Боренс отрывисто хохотнул.
— Разумеется, уверен.
— Господин Боренс, я понимаю, время совсем не христианское, — вступил Макс, — но дело крайне важное. Можете сказать, когда Алина легла спать?
— Точно не знаю, она весь вечер просидела у себя в комнате.
— И вы уверены, что она лежит в постели и спит? Хотя весь вечер её не видели?
— Послушайте, — отрезал Боренс, — больше я не скажу ни слова, пока вы не объясните, что означает это вторжение. — Взгляд его упёрся в Менкхоффа. — Как вам известно, я адвокат, господин главный комиссар, и в законах разбираюсь неплохо. Во всяком случае, достаточно, чтобы понимать: то, что вы здесь устроили, не имеет ни малейших правовых оснований.
— Я хочу вам кое-что показать, — Макс снова перетянул внимание Боренса на себя, прежде чем Менкхофф успел ответить. — Прошу, вон там, у моей машины.
Боренс медлил, и тогда Макс достал смартфон и показал ему снимок водительской двери, сделанный ещё на парковке.
Боренс какое-то время разглядывал фото, потом вопросительно поднял глаза.
— Что это?
— Это мне сегодня вечером кто-то нацарапал на дверце. Я случайно заметил этого человека, когда выходил из дома. Он бросился бежать, я — за ним. Перед тем как упустить его, я разглядел длинную светлую косу.
Прошло секунды две-три, прежде чем Боренс округлил глаза.
— И теперь вы решили, что Алина могла… раз у неё светлые волосы, как, наверное, у трети женщин Германии? И с чего бы ей такое вытворять?
— Это мы охотно спросили бы у неё самой, если позволите, — буркнул Менкхофф.
Боренс будто бы поразмыслил, потом кивнул.
— Сейчас поднимусь к ней в комнату и проверю, в постели ли она, идёт?
Менкхофф открыл было рот, но Макс поднял руку и сказал, обращаясь к Боренсу:
— Хорошо. Мы подождём здесь.
Едва хозяин скрылся в доме, Менкхофф, тихо бурча себе под нос, прошёл мимо Макса к правой стене дома, перелез через низкую деревянную калитку и пропал в темноте сбоку.
Не прошло и полминуты, как он вернулся.
— Обе комнаты, что выходят на задний двор, с балконами, — быстро шепнул он, едва из дома послышались шаги.
— Всё так, как я и говорил. — Голос Боренса снова звучал спокойно, как привык слышать его Макс. — Она в постели, спит крепким сном. Сегодня вечером из дома она не выходила.
— Это ещё не значит, что… — начал Менкхофф, но осёкся, пошарил в пиджаке и наконец выудил вибрирующий смартфон, отвернулся и поднёс трубку к уху.
— Да? Менкхофф… Что?.. Да быть не может… С какого времени?.. И почему я узнаю об этом только сейчас?.. Хорошо… Да-да, ладно.
Менкхофф мрачно посмотрел на Макса.
— Вот же дерьмо.
— Что такое?
Он кивнул в сторону обочины.
— То, что написано на твоей дверце, — неправда. Ничего не кончено. С сегодняшнего вечера в Эренфельде пропала девятилетняя девочка.
Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»
Глава 42
ГЛАВА 42
— Поезжай за мной в управление, — сказал Менкхофф, когда они покидали усадьбу. — Сдаётся мне, ночка выдастся бессонная.
Двадцать минут спустя, когда они подходили к распахнутой двери совещательной комнаты одиннадцатого комиссариата в кёльнском полицейском управлении, Менкхофф пробормотал:
— Чёрт, а эта-то здесь что забыла?
Прежде чем Макс успел спросить, кого он имеет в виду, они оказались у входа, и собравшиеся внутри — человек пятнадцать, мужчины и женщины — с любопытством обернулись к ним.