Александра ничего не ответила. Было глупо, да, злить безумца, но молчаливый протест — это всё, что теперь она могла себе позволить.

— Признаюсь, я был не прав, — Глеб сузил глаза, явно задетый, но он пребывал в слишком хорошем настроении, чтобы злиться на жену. — Когда думал, что ты плохо стараешься, Алекс. Но, право слово, все мы знаем, какой невероятно упрямой ты можешь быть. Конечно, у меня имелись все основания полагать, что назло мне ты не пробуждаешь родовой дар Вяземских.

В глазах Александры вспыхнули и потухли угли. Заныли на руках старые шрамы, напоминая о вспышках недовольства мужа.

С отвращением она взглянула на бледного, дрожащего Вячеслава, который внимал каждому ядовитому слову, что срывалось с губ князя Черкасова.

Мальчишка — впрочем, какой он мальчишка, шёл шестнадцатый год, — обожал Глеба. Был готов есть с его рук и слушался беспрекословно.

— Но ты оказалась не виновата, дорогая Алекс. Неудивительно, что я не сразу понял, ведь сколько поколений затухал ваш дар? Пять, шесть? А никто из Вяземских так и не докопался до сути, и даже государево содействие не помогло.

Невольно Александра увлеклась рассказом мужа.

Конечно, она учила историю рода, всех боярских родов Империи. Но в книгах ничего не говорилось о причине, по которой Вяземские почти утратили магию. Их искра стала такой слабой, что порой даже не просыпалась в наследниках. И постепенно за две сотни лет из семьи, стоящей лишь на несколько ступеней ниже Государя, они превратились в парий, который занимали места в самом конце, у дверей.

С Вяземскими перестали заключать браки, за их наследниками перестали охотиться с колыбели, ведь какой смысл, если они больше не могли усиливать чужую магию?

А ведь прежде они не только усиливали других, но и умели отражать чужую магию, быть щитом. Не все представители, лишь самые одарённые.

Это было очень, очень давно.

— Ваш прапрапрапрапрадедушка надругался над той, кого он посчитал глупой крестьянской бабой, — со вкусом рассказывал князь Черкасов. — А она оказалась ведьмой-чернокнижницей, вот и прокляла Вяземских на веки вечные. Ваш предок сгинул на войне, так что не у кого было даже спросить, как всё началось.

Александра коротко, ошеломлённо выдохнула. Так просто...

— Откуда же вы это узнали, Глеб Владимирович? — спросил Вячеслав, не отводя от князя Черкасова горящего взгляда.

— Я сильнейший маг-менталист, мальчик мой, — небрежно бросил тот, явно довольный и вопросом, и восхищённым голосом юного княжича.

Александра подняла на мужа прищуренный взгляд. Маг-менталист и?..

Но дальнейших объяснений не последовало. Вместо этого князь Черкасов подошёл к письменному столу и достал из верхнего ящика дневник в кожанном переплёте с потрёпанными краями.

— Самое прекрасное в любом ритуале — это то, что он обратим. И ты удивишься, дорогая Алекс, насколько легко мы избавимся от позорного клейма, которое Вяземские носили столько лет. А всего-то следовало приложить усилия, расстаться с деньгами, пока они ещё были, и немного поискать. Но что с вас взять, — и Глеб рассмеялся удачной, как ему казалось, шутке. — Вы никогда не отличались умом, а последнюю сотню лет род вымирал. Брали в жёны чуть ли не девок подзаборных…

В груди Александры всколыхнулась привычная боль, которую привычным же усилием она подавила и затолкала подальше. Она давно перестала отвечать на провокации мужа.

А вот Вячеслав угодливо засмеялся, совершенно не понимая, что в глазах Глеба Черкасова он, незаконнорождённый, стоял на одной ступени с дворовой шавкой.

— Подойди, Вячеслав, — изменившимся голосом приказал мужчина.

Смех княжича мгновенно оборвался.

Он неловко поднялся и принялся мелкими, суетливыми движениями одёргивать сюртук.

Князь Черкасов скривился и поджал губы. Дождавшись, пока юноша к нему приблизится, он дёрнул на себя его руку, задрал рукав и сорвал запонки с манжетов, также закатав рубашку по локоть. Затем вытащил из ящика обычный нож и сделал неглубокий надрез на коже Вячеслава.

Тот дёрнулся, во все глаза наблюдая за происходящем. Александра тоже смотрела, не в силах отвести взгляда.

Другим ножом Глеб провёл по своему предплечью и, когда пошла кровь, соединил их руки, порез к порезу, и забормотал невнятные слова. Он сверялся с тетрадью, и Александра поняла, что обязательно должна до неё добраться и прочитать об этом проклятом ритуале.

А затем кабинет затопило вспышкой ярчайшего света.

Магический выброс был настолько мощным, что одновременно с сиянием в закрытую комнату проник ветер. У Александры зашумело в ушах, и она вжалась спиной в кресло, зажмурившись. Свет ослеплял, и из глаз потекли слёзы.

А когда она решилась открыть их, то увидела прочные нити, сотканные из воздуха и света, по толщине напоминавшие верёвки, что текли от Вячеслава к Глебу. А вокруг пульсировала мощная сила князя Черкасова.

___________

Мои дорогие! Приглашую в новинку литмоба от

Эми Эванс

Уроки выживания для благородной леди

Глава 4-2