Я обернулась через плечо, вытягивая руку с револьвером, стараясь не думать ни о чём. Дорога позади прыгала и смазывалась, фигуры магов то исчезали, то вновь возникали в серой пелене.

Я задержала дыхание, ловя мгновение, когда автомобиль выровнялся, и нажала на спуск. Отдача ударила в ладонь. Я судорожно вцепилась в рукоять, пытаясь удержать её одной рукой. Автомобиль вильнул, и я едва не выронила оружие. Затем отпустила спуск, снова нажала, но второй раз не успела выстрелить.

Ударная волна накрыла автомобиль.

Меня вырвало из оконного проёма, швырнуло обратно в салон, и в следующую секунду нас подкинуло, будто автомобиль налетел на невидимую стену.

Грохот, треск, визг металла. Нас протащило вперёд с отвратительным скрежетом, несколько раз корпус перевернулся, а затем автомобиль врезался в дерево.

Я успела почувствовать, как сиденье из-под меня буквально вырвало, а потом — тупой, сокрушительный удар.

Сознание погасло сразу.

…Очнулась я от холода и боли. Во рту стоял вкус железа, по лицу расползалось что-то липкое, тёплое. Я попыталась вдохнуть глубже и закашлялась.

Не сразу смогла открыть глаза, и когда это, наконец, удалось, мир вокруг расплылся.

Надо мной серело небо, перекрытое ветками; где-то рядом тлел остывающий двигатель. Я моргнула, и тёплые капли скатились по щеке к виску.

Кровь.

Я машинально попыталась поднять руку, но не смогла. Тело не послушалось. Кое-как скосила глаза и увидела недалеко от себя Руднева.

Поверенный лежал на груди, лицом утыкался в грязь. Одежда изорвана, окровавлена, испачкана.

Позади него возвышался развороченный автомобиль. Одно колесо по-прежнему крутилось, никак не могло остановиться.

— Ал-алексей... — позвала я и не смогла выговорить отчества.

Руднев не отозвался.

Кое-как я повернулась на бок и хотела поползти, но плечо прострелило острейшей болью. Кажется, сломана ключица. Я закашлялась и резко вспомнила, с чего всё началось. Мы не угодили в происшествие, нас намеренно швырнули в дерево.

И те, кто сделал это, никуда не ушли.

Но тогда, почему я не видела и не слышала никого из них?..

В тот миг я поняла, что вообще не слышала звуков. В уши словно забили вату, и мир молчал.

Паника накрыла меня удушающей волной, я забила ногами, пытаясь отползти и сесть, найти спиной опору, чтобы оглядеться. Удалось оттолкнуться от земли и кое-как прижаться к дереву. Кровь продолжала стекать по лицу, наверное, разбила голову...

А затем я увидела фигуру, стоящую между нами и дорогой. Высокий силуэт на фоне серого неба, тёмное пальто. Он стоял спиной ко мне, чуть расставив ноги, и смотрел на магов.

Которые никуда не делись. Но вместо четверых их осталось двое. Они подходили медленно, с опаской, и в их движениях мне почудилась нерешительность.

Незнакомец шагнул вперёд, и мир вдруг странно поплыл. Время словно растянулось, и мне показалось, я смотрю на всё сквозь толщу воды.

Затем я моргнула.

А когда открыла глаза, едва вновь не лишилась сознания, потому что мгновение назад я видела отчётливо спину незнакомца, а теперь же надо мной склонился доктор.

Сбоку мелькнул белый платок и строгий профиль сестры милосердия. Кто-то придерживал меня за плечо, кто-то осторожно вытирал лицо. Вокруг слышались причитания случайных прохожих и зевак.

— Тише, тише… не двигайтесь...

— Г-г-голова… — вырвалось у меня хрипло.

— Знаю, — отозвался доктор. — У вас рассечение. Крови много, но это не самое страшное.

— М-м-маги? — ещё более невнятно выговорила я.

Доктор нахмурился.

— Ваш спутник — маг? — спросил он, оглядываясь. — И вы?

— Д-другие? Д-д-другие маги...

— Кажется, голова повреждена сильнее, чем я предполагал, — было последним, что я услышала, а затем вновь потеряла сознание.

___________

Вот так примерно выглядел автомобиль в 1910 г. У многих не было боковых стёкол вообще, их заменяла откидная шторка. У тех, где стёкла были, разумеется, не было ни электрического подъёмника, ни даже знакомой нам с детства ручки боковой. Стёкла сдвигались в бок или в редких случаях - вниз. Ещё иногда открывались вперёд, как оконная рама.

Мои дорогие, представляю вам книгу нашего литмоба от Николь Фенникс

Опальная Королева для Генерала Дракона

Глава 3-4

Когда я вновь открыла глаза и поняла, что лежу на низкой кушетке в кабинете, на миг ощутила странное déjà vu (дежавю) и испугалась, что вновь вернулась во времени в утро похорон отца.

Но затем поняла, что нет, обстановка не казалась знакомой. Очнулась я в другом кабинете. А вот голову прострелила слишком знакомая боль.

Приподнявшись на локтях, я осмотрелась. Шинель, которой я была укрыта, сползла с плеч и соскользнула на пол. Моё внимание приковал в себе нашитый на ней шеврон Особого магического присутствия.

Особисты!