— Да будет так, господин премьер-министр. Ваши условия мы услышали. Теперь вам пора ознакомиться и с моими. — Вы блестяще расставили фигуры на доске, — произнёс я, вновь взяв со стола бокал и неторопливо вращая его в пальцах. Наблюдая за игрой света в янтарной жидкости, я обдумывал услышанное. Лорье выстроил идеальную защиту для государства. Но государство — это лишь форма. Содержание в неё предстояло залить мне. — Вы хотите, чтобы моя корпорация стала локомотивом индустриализации, вашим теневым казначейством и вневедомственной спецслужбой. Я готов взять на себя этот груз. Но моя цена вам не понравится. Точнее, она покажется вам чрезмерной.

Лорье чуть прищурился.

— Я сижу в этом кресле не для того, чтобы пугаться, Джеймс. Называйте свою цену. Хотя на мой взгляд, вы и так получаете очень многое.

— Аппетит приходит во время еды. — Ухмыльнулся я. — Начнём с Африки и нашего «Слепого транзита». Мне все же нужен дипломатический и таможенный щит от Лондона. Вы личным указом назначаете моих людей — лояльных мне людей — на посты директоров таможенных управлений в Галифаксе и Монреале. Никаких досмотров. Экспортные сертификаты Министерства торговли будут выдаваться по первому требованию. Пулемёты, горная артиллерия и взрывчатка будут идти по документам как не военные товары. И на каждом трюме будет висеть сургучная государственная печать доминиона Канада. Это исключит досмотр груза британскими патрулями в океане.

— Погодите, — Лорье резко поднял ладонь. — Я четверть часа назад ясно сказал: никаких государственных флагов и печатей. Канада умывает руки.

— Именно поэтому я и говорю, что моя цена вам не понравится, — спокойно ответил я. — По вашей схеме выходит, что рискую я один, а выгоду в виде суверенной армии получаете вы. Так не бывает, сэр Уилфрид. Хотите, чтобы я оплатил вашу войну, — дайте мне хотя бы возможность довезти груз до места.

Премьер медленно опустил руку.

— Допустим. Но что, если британская разведка всё же вскроет схему? Что, если они перехватят груз и припрут нас к стенке ультиматумом?

— Для этого мы вводим протокол «Юридической вязкости», — я позволил себе усмешку. — Если Лондон потребует моей головы, вы меня не выдадите. Вы заявите о защите суверенной юрисдикции: преступление совершено на территории Канады, и судить виновных будет исключительно канадский суд.

— Лондон взбесится. Они потребуют ареста активов, — возразил премьер.

— И вы их арестуете. На бумаге, — парировал я. — Вы наложите вето на конфискацию до окончания всех судебных разбирательств. А суды будут идти годами. Я заранее подготовлю штат подставных лиц из числа топ-менеджеров — «козлов отпущения», которые публично возьмут всю вину на себя. Ваше правительство инициирует максимально затяжные, бюрократические процессы, выматывая лондонских прокуроров бесконечными апелляциями и процедурными крючками. Мои дочерние фирмы тайно продолжат работу. А когда шум уляжется, эти подставные лица получат ваше тайное помилование или будут заменены в тюрьмах силами моих людей. Мягкая посадка при любом форс-мажоре.

Лорье смотрел на меня с нескрываемым изумлением.

— Вы хотите превратить канадскую правовую систему в ваше личное болото для имперских амбиций, — констатировал он.

— Я хочу, чтобы канадская правовая система работала на Канаду и чуточку на меня, а не на метрополию, — поправил я. — Идём дальше. Налоги.

Я видел, как напрягся премьер. Налоги были святая святых государства.

— Я не прошу полного налогового иммунитета, — успокоил я его. — Это вызовет немедленные проверки из имперского казначейства. Мы будем играть тоньше. Асимметричный режим. Мои заводы будут исправно платить федеральные налоги на бумаге. Ни один британский аудитор не подкопается. Но ваше правительство будет возвращать мне часть этих сумм обратно в виде «государственных грантов на развитие инноваций», «субсидий на создание рабочих мест в суровых климатических условиях» и «компенсаций за транспортные издержки». Плюс ускоренная амортизация: я хочу списывать стоимость строительства заводов по такой схеме, чтобы искусственно занижать налогооблагаемую базу. По сути, вы будете субсидировать создание собственного военно-промышленного комплекса.

Лорье нервно постучал пальцами по подлокотнику.

— Это беспрецедентная схема возврата капитала, Джеймс. Но… если эти деньги пойдут на сталелитейные гиганты, о которых мы говорили, — я проведу это через казначейство. Для меня сейчас главное — рабочие места.