Я смотрел на премьер-министра и понимал его логику. Канада образца 1897 года была не готова к открытому разрыву с Лондоном. У нас не было ни армии, ни мощной промышленности, ни собственного флота. Мы были гигантским, богатым, но беззубым сырьевым придатком, который британская корона доила с изяществом опытного фермера.

Но для того, чтобы этот левиафан родился, нам с Лорье нужен был симбиоз. Государство и корпорация должны были слиться воедино.

— Я слушаю вас, сэр Уилфрид, — я поставил бокал на стол. — Что конкретно Оттава хочет от «Хоулетт Индастриз»? Как понимаю, ради этого вы и искали со мной встречи.

Лорье развернулся ко мне. Он больше не был утончённым дипломатом. Передо мной стоял безжалостный архитектор государства.

— Мне нужен стальной хребет для этой страны, Джеймс, — начал он. — Инфраструктурное цементирование Запада. Ваша корпорация должна спроектировать и построить трансконтинентальную сеть железных дорог, которая продублирует и расширит существующие пути. И я требую вашего контроля над перевалом Кроуснест. Мы должны отрезать юг Канады от американской транспортной системы. Вывоз ресурсов должен идти исключительно на наши, восточные порты. Американцы не получат ни цента с нашей земли.

— Это огромные инвестиции, — спокойно заметил я. — Горы, вечная мерзлота, дикие территории.

— Поэтому вы сделаете эти пути зимними, — парировал Лорье. — Укреплённые мосты, отапливаемые тоннели, склады. Круглогодичная переброска грузов. А в перспективе — и войск.

Он на секунду замолчал, подбирая слова для следующего пункта.

— И ещё одно. Вдоль ваших путей ляжет новая телеграфная сеть. Независимая. Я сыт по горло тем, что британские агенты и клерки американских компаний могут перехватывать и расшифровывать правительственные депеши Оттавы. Мне нужен абсолютно защищённый канал связи. И вдобавок ваша компания «Howlett-Westinghouse» берёт на себя тотальную электрификацию всех строящихся муниципалитетов, почт и гарнизонов на Западе. Тариф для государства — на грани вашей себестоимости.

Я усмехнулся.

— Вы просите меня построить кровеносную и нервную систему континента за свой счёт.

— Я даю вам логистические и энергетические рынки страны, Джеймс, — Лорье не отвёл взгляда. — Вы будете держать руку на пульсе всей страны. Разве не этого вы хотели?

— Принимается, — я коротко кивнул. — Что по Северу?

Лицо премьера омрачилось.

— Клондайк. Золотая лихорадка — это благо, но она несёт в себе смертельную угрозу, — Лорье сжал кулаки. — Туда хлынули десятки тысяч американцев. Старатели, бандиты, авантюристы. У меня на столе лежат отчёты: там уже звучат призывы к созданию «независимых народных республик». Это классический сценарий. Сначала республика, а через год Вашингтон радостно аннексирует эту территорию для «защиты своих граждан». И как понимаю, это наша с вами общая проблема. Ваши предприятия уже там, и вы приложили руку к тому, чтобы этот поток хлынул, даже не подумав, какой процесс запускаете.

— И вы не можете послать туда регулярную армию, — догадался я. — Появление солдат в красных мундирах спровоцирует Белый дом. Будет международный кризис.

— Именно. Поэтому я хочу, чтобы вы увеличили своё силовое присутствие там, — серьёзным тоном произнёс лидер нации. — Под видом крупных геологических партий, частных охранных предприятий и инженеров. Вы возьмёте под контроль ключевые северные перевалы и водные артерии. Вы станете нашей негласной пограничной стражей. А любые криминальные синдикаты, американские банды и политические агитаторы-сепаратисты должны быть…

Он замялся на секунду, подбирая слово дипломата.

— Уничтожены, — закончил я за него. — Никаких судов. Никаких следов. Глухая тайга умеет хранить секреты, сэр Уилфрид.

— Да, — Лорье выдохнул, словно сбрасывая груз. — Вы там сейчас очень хорошо зарабатываете. Вот и возьмите на себя ответственность. Но сепаратизм угрожает нам не только на Севере. Запад тоже бурлит. Фредерик Холтейн…

— Мой друг и союзник, — напомнил я.

— И невероятно амбициозный политик, — парировал Лорье. — Я готов пойти ему навстречу. Я дам Альберте и Саскачевану права провинций и автономию. Но вы, Джеймс, станете гарантом того, что Холтейн и его люди, вроде мэра Орра в Калгари, никогда не заиграются. Они не должны требовать независимости от Канады. Вы обязаны держать их на коротком финансовом поводке.

Лорье подошёл к столу и налил себе воды из графина.

— Более того, мистер Хоулетт. Ваша корпорация станет нашим негласным кадровым фильтром. Вы будете тайно проверять и одобрять списки кандидатов в местные законодательные собрания на Западе. Любые политики, которые излишне симпатизируют американскому капиталу или фанатично преданы имперскому Лондону, не должны пройти. Уничтожайте их. Чёрным пиаром, банкротством их бизнеса, шантажом. Если нужно — физически. Нам нужна лояльная Оттаве местная элита.

Я слушал его, и внутри меня разливался холод.