Это было в горном племени. Мы охотились на скального медведя — тварь размером с кши, только с шерстью цвета ржавчины и когтями, способными крошить камень. Я знал, что охота опасная. Знал, что идти в первой пятёрке — почти верная смерть. Но я пошёл. Потому что в этом племени воинов ценили только за безрассудную храбрость. А мне нужно было, чтобы меня ценили.

Медведь убил двоих, прежде чем добрался до меня. Я успел вонзить копьё ему в грудь — хороший удар, точный, в сердце. Но он всё равно достал меня лапой. Удар был такой силы, что меня отбросило на скалу. Рёбра сломались, пробив лёгкое.

Я умирал долго. Захлёбываясь кровью, глядя в серое небо над горами.

Ладно, — думал я, проваливаясь в темноту. — В следующий раз убью его быстрее.

Другой раз меня убил яд.

Глупая, нелепая смерть. Я порезал руку на рыбалке — обычный порез о плавник ядовитой рыбы, о которой я ничего не знал. Через три дня рука распухла и почернела. Ещё через два я горел в лихорадке, а местный знахарь качал головой и шептал молитвы богам.

Я лежал в шатре, смотрел в плетёный потолок и злился. Столько смертей в бою, столько тренировок — и всё закончится из-за какой-то рыбы?

В следующей жизни выучу все ядовитые виды в округе, — пообещал я себе, прежде чем закрыть глаза.

Меня убивали на войнах. Много раз.

В одной жизни я пал в первой же битве — шальная стрела попала в глаз. Даже понять ничего не успел.

В другой — продержался почти до конца, убил семерых, но был задавлен числом. Враги просто навалились толпой, и моё копьё уже не могло сдержать их всех.

В третьей — меня предал собственный командир. Молодой маг, такой же, как Кейран, только с другим именем и другим лицом. Я был слишком хорош. Слишком опытен. Слишком много воинов смотрели на меня, а не на него.

Он не стал ждать. Ударил магией в спину, когда мы возвращались с удачной охоты. Бросил моё тело в овраг и сказал племени, что меня убил зверь.

Я помнил его лицо. Запомнил навсегда.

Когда-нибудь я научусь убивать магов, — думал я, проваливаясь в очередную тьму. — Когда-нибудь я стану настолько силён, что ни один из вас не сможет тронуть меня.

Иногда меня убивали просто потому, что я был неудобен.

Слишком умён. Слишком красив. Слишком силён. Маги — особенно молодые, только получившие власть — не терпели рядом с собой тех, кто мог затмить их. А убить мага вне войны считалось самым тяжким грехом из возможных. Тогда само племя разорвёт тебя на части. И им не объяснишь, что маг был той ещё жирной мразью, не приносящей племени ничего полезного.

Я умирал от их рук снова и снова. Молча. Не имея возможности ответить.

Но с каждой смертью я становился лучше.

Шли десятилетия. Жизни сменяли друг друга.

Я научился чувствовать опасность раньше, чем она появлялась. Это не было магией — скорее, звериное чутьё, выработанное сотнями смертей. Я замечал взгляд, брошенный искоса. Слышал шаг, который пытались сделать бесшумным. Чуял запах железа и пота — запах воина, готового к бою.

Это чутьё спасло меня десятки раз.

Оно же предупреждало меня о магах. Я не мог объяснить, как это работает. Просто когда рядом оказывался айтерри с даром, у меня начинало покалывать в затылке. Слабый маг — лёгкое покалывание. Сильный — будто кто-то прижимал к шее ледяную ладонь.

Я списывал это на свои навыки. На опыт. На сотни лет тренировок. Мне даже в голову не приходило, что это может быть чем-то иным.

Я научился избегать магов. Обходить стороной. Не привлекать внимания.

Но однажды это стало невозможно.

Это была моя пятнадцатая жизнь? Двадцатая? Не помню.

Я родился в большом племени у подножия гор. Меня назвали Варком. Отец был кузнецом — одним из первых, кого я встретил в этом мире. Он умел плавить болотную руду и ковать из неё ножи, топоры, наконечники для копий. Я смотрел на его работу и молчал. Я мог бы научить его большему. Но не стал.

Я вырос сильным. Быстрее всех в племени. Выносливее всех. Мои навыки, отточенные сотнями лет тренировок, сделали меня лучшим воином, хотя я и старался этого не показывать.

Вождь племени — старый маг по имени Горат — ценил меня. Не любил, но ценил. Я был его лучшим копьём, его самой острой стрелой.

Когда началась война с восточным племенем, он поставил меня во главе передового отряда.

Война была жестокой. Восточное племя оказалось сильнее, чем мы думали. У них было три мага, включая вождя — молодого, амбициозного айтерри с даром выше среднего. Он лично вёл свою армию в бой, и его синие вспышки собирали кровавую жатву.

Я видел, как он убил троих наших лучших воинов одним движением руки. Видел, как его магия пробивала щиты, ломала кости, разрывала плоть.

И я знал: пока он жив — мы не победим.

Решающая битва произошла на широкой равнине между двумя реками.

Две армии стояли друг против друга. Нас было меньше. Их маг был сильнее. Все это понимали.

Горат, наш вождь, собрал командиров перед боем.

— Мы можем отступить, — сказал он. — Сохранить племя. Уйти в горы.

— Они придут за нами, — ответил я. — Маг не остановится. Он хочет не земель — он хочет нашей крови.

Горат посмотрел на меня долгим взглядом.

— Что ты предлагаешь?