Финансировали Тени себя сами. Подставные предприятия, конфискат, древние тайники, заложенные мной ещё в прошлых жизнях. Орден не стоил Совету ни монеты и, соответственно, не оставлял следов в казне. Если кто-то из них предаст меня — ему никак не поможет, что главой теневой организации был один из местного пантеона. Кто поверит безумцу, утверждающему, что он служил богу? Да и другие Тени позаботятся, чтобы предатель не успел раскрыть рот.

Второй орден стал полной противоположностью первому.

Официальный кулак Совета. Карающая длань, элитные стражи, защитники дворца. Я назвал их Пламенем Аэтры — в честь верховной богини пантеона, матери всего сущего и создательницы нашего солнца, звезды Аэтра. Громкое имя. Подобающее.

Великим магистром этого ордена стал я сам. Оставив активную политику в Совете, хотя и не потеряв место в нём, и имея пять из девяти так или иначе подконтрольных мне Вечных, я полностью посвятил себя военному делу. Все десять тысяч членов Пламени Аэтры были исключительно сильными Благословленными. Никаких компромиссов. Только лучшие.

Очень хотел назвать их джедаями, но потом отбросил этот детский порыв. Да и какие джедаи? Мне избранных тут не надо. Мне нужны были солдаты. Лучшие солдаты, каких только можно создать.

И я их создал.

В отличие от каких-то там рыцарей с кодексами, я не пренебрегал вооружать моих воинов лучшими технологиями. Каждый из десяти тысяч полностью посвятил себя тому, чтобы выковать из себя острейший клинок. А высокая продолжительность жизни — от двухсот пятидесяти лет для самых слабых — позволила заточить каждый аспект мастерства до немыслимого совершенства. От использования современного порохового оружия до максимальной эффективности в магии. От рукопашного боя до тактики масштабных сражений. От дипломатии до допросов.

Также в распоряжении ордена всегда находился десяток тысяч смертных воинов, которые несли службу близ столицы. Не пушечное мясо — профессиональные солдаты, гордящиеся службой под знаменем Пламени Аэтры. Они охраняли периметр, поддерживали порядок, обеспечивали снабжение.

У ордена имелась и собственная серьёзная служба разведки и контрразведки — кстати, именно в Пламени Аэтры впервые появилось такое разделение. Мои офицеры гордились этим новшеством. Они не знали, что их служба — лишь бледная тень того, что я создал втайне. Но для их задач хватало: отслеживать угрозы Совету, защищать орден от шпионов, готовить операции. Всё остальное делали Тени.

Два ордена. Тайный и явный. Тень и Пламя. Кинжал в ночи и меч в солнечном свете.

Мир становился всё сложнее. Но и мои инструменты становились всё тоньше.

Развитие сквозь эпохи всё двигалось и двигалось под моим неусыпным контролем. В моменты, когда местечковые конфликты перерастали в огромные войны с миллионами участников от каждой страны, в дело вступало Пламя Аэтры. Официально — по приказу Совета, для восстановления порядка и наказания нарушителей Кодекса. Орден был карающей рукой, и рука эта не знала пощады. Десять тысяч сильнейших Благословленных, вооружённых лучшим оружием, обученных веками — против них не могла выстоять ни одна армия смертных.

А там, где Тени замечали формирование тайных союзов, идущих во вред Совету или моим планам, они профессионально стравливали стороны. Иногда — тонким намёком, переданным через третьи руки. Иногда — подброшенным документом, раскрывающим мнимый заговор. Иногда — несчастным случаем с особо несговорчивым князем. Никто не знал, почему вдруг вчерашние союзники становятся врагами. Никто не видел невидимую руку, дёргающую за нити. А я видел всё.

Так и летели целые эпохи.

Эпоха пара позволила экспоненциально развить промышленные мощности, что привело к настоящему взрыву в производстве и торговле. Заводы вырастали как грибы после дождя, а вместе с ними росли и города, привлекая тысячи смертных, ищущих лучшей доли. Дым из тысяч труб застилал небо над промышленными районами, но никто не жаловался — дым означал работу, работа означала деньги, деньги означали будущее.

Но пар — это лишь грубая сила. Чтобы двигаться дальше, требовалось понимание. Фабрикантам нужны были более эффективные машины, военным — более мощное оружие, строителям — новые материалы. Спрос рождал предложение, и в университеты Валинора потянулись лучшие умы со всего Аэтриса. Физика, химия, материаловедение — науки, веками считавшиеся увлечением чудаковатых одиночек, вдруг стали жизненно необходимыми.

Сначала открытия носили прикладной характер: как выплавить более прочную сталь, как улучшить паровой котёл, как ускорить ткацкий станок. Но чем глубже учёные закапывались в природу вещей, тем больше фундаментальных загадок вставало перед ними. Что такое тепло? Почему одни материалы проводят его, а другие нет? Откуда в грозовых облаках берутся молнии?

Ответы приходили не сразу. Потребовались десятилетия экспериментов, споров, озарений и разочарований. Но в конце концов из хаоса разрозненных фактов начала выкристаллизовываться стройная картина. Тепло — это движение мельчайших частиц. Молния — это поток заряженных частиц, текущий между небом и землёй. А если этот поток можно поймать и направить...