Ближайшие укрепления рахни исчезли вместе с поддерживавшими их конструкциями, а ударная волна ушла дальше по тоннелям. Один за другим начали рушиться соседние переходы и камеры, обвалы распространились далеко за пределы той части улья, которую я вообще мог видеть. Даже через несколько секунд где-то в глубине всё ещё продолжали доноситься новые обрушения.

Только мощность техники оказалась выше, чем моё истощённое тело могло выдержать. В какой-то момент я просто потерял контроль над эфиром, а следом исчезло и сознание.

Так закончилась моя очередная жизнь.

Mass Effect. Глава 32.

Осред Норрис

Как же я был счастлив, что за двадцать лет моего отсутствия на Аэтрисе айтерри всё-таки не умудрились ввергнуть Доминион в очередную гражданскую войну. Причём на этот раз она почти наверняка получилась бы уже не локальной резнёй нескольких Великих Домов, а полноценной войной космической державы с сотнями населённых миров, огромным флотом и таким количеством Благословленных, что последствия пришлось бы разгребать столетиями. Поэтому, глядя на совершенно целую столицу через иллюминатор заходящего на посадку корабля, я испытывал вполне искреннее облегчение.

До сих пор, правда, не мог решить, кого именно за это следовало благодарить.

Возможно, рахни. Они так и не отказались от попыток пробиться на нашу территорию, хотя за последние десятилетия заметно сбавили активность. Слишком много раз их флоты разбивались о укреплённые системы и слишком мало результатов приносили попытки пролезть глубже через уже известные направления, поэтому теперь Королевы всё чаще занимались прямо противоположным — строили оборону уже против нас. Получалось даже забавно: когда-то мы остановили собственную экспансию, чтобы не столкнуться сразу со всей массой рахни, а теперь они сами возводили укреплённый пояс, не позволяющий Доминиону нормально выбраться в большую галактику.

Грубо говоря, нас основательно заперли.

Само по себе это меня не особенно беспокоило. Для государства, которое ещё даже не завершило освоение собственных территорий, недостаток новых систем сложно было назвать серьёзной проблемой, да и нужды срочно встречаться со всеми расами Цитадели у нас не имелось. Гораздо интереснее было наблюдать за тем, что происходило по другую сторону фронта.

Там Рахнийская война наконец начала разворачиваться в обратную сторону.

Первоначально появление кроганов лишь остановило наступление. Их перебрасывали туда, где обычные армии Совета уже не справлялись, высаживали на заражённые миры и использовали как невероятно живучую штурмовую пехоту. Но за прошедшие десятилетия кроганов успели размножить в таких количествах, что теперь речь шла уже совсем о других масштабах.

Пространство Цитадели постепенно переходило в наступление.

И делало это с присущей большой войне изящностью — отправляя на планеты миллионные армии молодняка, выращенного специально ради очередного штурма. Потери могли быть чудовищными, но при нынешних темпах размножения кроганов Совет вполне мог себе их позволить. Если раньше рахни просто не успевали убивать наступающих достаточно быстро, то теперь кроганов стало настолько много, что отдельные колонии начинали буквально захлёбываться под их давлением.

Впрочем, мир внутри Доминиона мог сохраняться и по куда более прозаической причине.

Великие Дома стали значительно слабее государства.

Не в абсолютных цифрах, конечно. Большинство старых семей сейчас обладало несравнимо большими ресурсами, чем во времена знаменитого восстания. Их промышленность выросла вместе с Доминионом, число Благословленных увеличилось, а гвардия любого Великого Дома по меркам моего далёкого прошлого сама по себе могла считаться небольшой армией. Вот только государство выросло намного сильнее.

Сейчас даже гвардия некоторых Средних Домов состояла преимущественно из Ящеров и Благословленных в разрешённых моделях боевых костюмов. Один такой отряд в условиях города мог создать больше проблем, чем целая бронетанковая часть старой эпохи. Но существовали строгие ограничения на общую численность подобных подразделений, тяжёлая военная техника для Домов находилась практически под полным запретом, а вооружение постоянно контролировалось государственными службами.

Особенно хорошо работал запрет на военные корабли.

Каким бы богатым ни был Дом, купить себе крейсер он просто не мог. Ни одна верфь Доминиона не стала бы продавать военное судно частной корпорации или аристократической семье, а попытка построить его тайно требовала настолько огромной инфраструктуры, что скрыть подобный проект было практически невозможно. Можно было владеть транспортами, яхтами, крупными грузовыми кораблями, даже вооружёнными судами определённых классов, но настоящий военный флот оставался привилегией государства и нескольких специальных организаций.