Такие существа существовали, но обычно делились на две категории.

Первые пока оставались слишком бедными. Они могли быть умны, решительны и полны великих замыслов, однако у них не было денег даже на содержание одного крогана. Возможно, через несколько десятилетий кто-то из них поднялся бы достаточно высоко, но ждать мы не собирались.

Вторые уже владели кораблями, складами, людьми и чиновниками. Однако каждый из них давно был встроен в существующую криминальную систему. За любым успешным батарианским посредником стоял Дом, влиятельная семья или покровитель, который в конечном счёте считал принадлежащим себе всё созданное подчинённым.

Для таких существ мы оставались расходным инструментом. Пока кроганы приносили прибыль, их хорошо кормили и вовремя выдавали боеприпасы. Но стоило возникнуть достаточно серьёзной проблеме, как хозяин немедленно отправлял нас умирать, чтобы сохранить собственные связи, грузы и корабли.

Поэтому мы выполняли только короткие операции. Охраняли встречи, сопровождали контрабандистов, возвращали долги и вытаскивали из неприятностей особенно ценных клиентов. Получив оплату, мы сразу же исчезали, прежде чем наниматель начинал воспринимать временное сотрудничество как право распоряжаться нашими жизнями.

Если где-то наши лица становились слишком известными, мы перебирались в другую систему. Если работодатель пытался отказаться от оплаты, забирали её самостоятельно. Когда задание начинало пахнуть откровенной гибелью, уходили ещё до первого выстрела.

Мне хватало головы не путать храбрость с глупостью. Именно поэтому мы пережили больше десятка работодателей и несколько серьёзных боёв. Правда, после некоторых операций приходилось срочно искать корабль и бежать от возмущённых «честных предпринимателей», которые почему-то считали наше нежелание умереть нарушением договора.

Большинство этих предпринимателей были батарианцами. В этом не было ничего удивительного: мы работали преимущественно на территории Гегемонии, а четырёхглазые в последние десятилетия особенно активно расширяли свои владения.

Они надеялись к окончанию войны с рахни догнать азари и саларианцев, одновременно осваивая сразу четыре новых кластера. Батарианские Дома вкладывали огромные средства в колонии, строили станции, переселяли миллионы разумных и заранее делили ещё не исследованные миры.

Будто большая двойка собиралась спокойно смотреть, как Гегемония превращается в равного соперника.

Меня их политические мечты мало интересовали. Чем больше батарианцы строили, тем больше появлялось работы для существ вроде нас. Каждая новая система требовала кораблей, охраны, рабочих, оружия и посредников, готовых решить проблему без лишних вопросов.

Неудивительно, что новые территории заполонили полчища разумных, желавших нажиться на почти нескончаемом потоке ресурсов. Одни летели добывать руду, другие — продавать шахтёрам оборудование, третьи — охранять первых от вторых. Следом прибывали кредиторы, торговцы, владельцы дешёвых транспортов, мошенники, беглые рабы и те, кто собирался присвоить чужой успех раньше, чем его заметят власти.

Особенно быстро развивался кластер Гарак. Его открыли немногим больше века назад, но Гегемония уже объявила его своей собственностью. Большинство систем пока существовало лишь на картах, однако через кластер ежедневно проходили новые колонисты и техника.

Столичной стала система Гирран, располагавшаяся у кластерного ретранслятора. Каждый корабль, прибывавший со старых территорий Гегемонии, сначала появлялся именно там, проходил проверку и только после этого отправлялся дальше. Крупные перевозчики чаще всего вообще не покидали систему, разгружаясь на орбитальных терминалах и передавая товары местным компаниям.

Планета Гирра не обладала крупными залежами нулевого элемента. Зато у неё были мягкий климат, богатая биосфера, плодородные территории и достаточно полезных ископаемых, чтобы со временем построить полноценную промышленность. За сотню лет население мира превысило пятьдесят миллионов и продолжало увеличиваться с каждым прибывающим конвоем.

Над планетой висели десятки станций, складов, ремонтных доков и грузовых терминалов. На поверхности строились города, перерабатывающие комплексы, верфи, фермы и предприятия, выпускавшие всё необходимое для молодых колоний. Через систему ежегодно проходили сотни тысяч кораблей, и даже местная таможня давно перестала делать вид, будто способна проверить каждый из них.

Для преступников это был почти идеальный мир.

Он уже был достаточно богат, чтобы приносить огромную прибыль, но всё ещё слишком молод, чтобы оказаться окончательно поделенным. На старых батарианских планетах каждый порт, склад и подпольный рынок принадлежал определённой семье или Дому. Там даже самый мелкий вор знал, кому отдаёт долю и кто станет отвечать за него перед остальными.