Личность Келары Вейн не существовала ни в одном архиве пространства Цитадели. Я не могла показать лицо, предоставить генетический образец или пройти обычную медицинскую проверку. Любая попытка создать полноценную биографию упиралась в простейший вопрос: где и когда родилась азари, которой не существовало ни на одной азарийской планете?

Приходилось постоянно носить боевой костюм. Он скрывал кожу, черты лица, форму ушей и любые биологические следы, способные попасть в руки чужих разведок. Даже ела я только в герметичном отсеке собственного корабля, после чего всё содержимое системы очистки уничтожалось.

Первый корабль юридически принадлежал подставной компании. Его прежний капитан продолжал числиться командиром и подписывал документы, прекрасно понимая, что попытка обратиться к властям закончится для него хуже сотрудничества. Позже появились волусские счета, азарийские посредники и батарианские номинальные владельцы, однако первые несколько лет вся конструкция могла рухнуть после одной тщательной проверки.

Сложнее всего оказалось убедить азарийскую корпорацию.

Моя фигура даже под тяжёлой бронёй оставалась достаточно узнаваемой, а походка и движения соответствовали тому, что окружающие привыкли видеть у азари. Этого, вместе с демонстрацией биотических способностей, хватало большинству разумных. Представительница корпорации тоже не сомневалась в моей принадлежности к её виду.

Её беспокоило другое.

За всё время переговоров я ни разу не сняла шлем, отказалась от медицинского сканирования и не позволила взять даже простейший генетический образец. Для случайного посредника подобная скрытность могла показаться странностью. Для корпорации, собиравшейся вложить в проект сотни миллионов кредитов, она становилась неприемлемым риском.

Пришлось создать историю.

Согласно новой версии, много лет назад я находилась на корабле во время аварии ядра эффекта массы. Взрыв уничтожил большую часть экипажа, а меня оставил с тяжёлыми ожогами, повреждёнными органами и изуродованным лицом. Броня поддерживала работу протезов, защищала восстановленные ткани и позволяла скрывать последствия, которые я не желала никому показывать.

История объясняла и постоянный костюм, и изменённый голос, и моё нежелание проходить медицинские процедуры. Кроме того, она была достаточно неприятной, чтобы воспитанная азари не стала требовать показать лицо из одного лишь любопытства.

Я даже сняла перчатку, продемонстрировав страшный ожог на руке, который очень долго имитировала особыми средствами. Это впечатлило молодую Азари.

Ради Аэлларина я была готова на многое.

Теперь всё созданное за десятилетия пытались уничтожить одной партией груза.

Отказаться от предложения я не могла. Противник нашёл бы другого посредника, подкупил работника склада или тайно разместил контейнеры на станции. Тогда я лишилась бы возможности выбирать время и место столкновения.

Согласие же давало мне почти всё необходимое: дату прибытия, корабль, номер причала и перечень арендованных складов. Они сами собирались войти на мою территорию, передать мне свой груз и некоторое время считать, что всё идёт по их плану.

Оставалось лишь определить, насколько крупную силу они приведут вместе с транспортом.

Корабль с товаром стоимостью в несколько миллиардов не мог прибыть без охраны. Один удачный захват подобного судна способен был окупить десятилетия подготовки, даже если сам корабль затем пришлось бы разобрать на части и распродать по отдельным системам. Настоящее пиратство встречалось редко, но редкость нападений не делала корабли менее ценными.

Большинство звёздных систем контролировалось государствами, а движение судов отслеживалось станциями, ретрансляторными постами и военными патрулями. Попытка захватить корабль в старом освоенном пространстве почти неизбежно заканчивалась розыском, который мог распространиться на половину галактики.

На молодых территориях возможностей было больше.

Системы ещё не обладали плотной сетью наблюдения, местные власти зависели от частных компаний, а сотни новых кораблей появлялись каждый месяц. Но даже здесь крупный рейд требовал огромного риска, многочисленной команды и уверенности, что захваченный корабль удастся хотя бы частично легализовать.

Следовательно, противник ожидал сопротивления.

И готовился к нему.

Официальному правительству Гирры я ничего не сообщила. Оно исправно принимало мои платежи, но при первой возможности с удовольствием использовало бы скандал для захвата станции. Я не знала, какие чиновники уже куплены заказчиком и кто именно должен был возглавить будущую проверку.

Вместо этого я обратилась к владельцам «Меридиана».

Волусские банки не интересовала справедливость. Их интересовали выплаты по кредитам и сохранность имущества. Азарийская корпорация опасалась потерять выход на рынок кластера. Саларианский клан уже вложил в ремонтные мощности слишком много, чтобы позволить батарианцам конфисковать их под предлогом контрабанды.