За каждым из пяти тысяч семисот восьмидесяти одного айтерри на Цитадели велось наблюдение. Большую часть работы выполняли камеры, транспортные журналы, финансовые терминалы и анализ покупок, поэтому сами гости почти не замечали контроля. Пока они вели себя образцово: дипломаты занимались переговорами, учёные посещали лаборатории, а военные изучали отчёты о рахни.

Даже их приобретения выглядели безобидно. Айтерри покупали омнитулы, лекарства, пищевые синтезаторы, гражданские программы, образцы тканей и оборудование для разных атмосфер. Формально всё это относилось к открытому рынку, хотя в совокупности позволяло быстро оценить уровень повседневных технологий Цитадели.

Абаэль Вект представлял отдельный интерес. Ксенопсихологи считали его одним из самых образованных и культурных разумных, с которыми сталкивалась группа. Он одинаково уверенно разговаривал с матриархами, банкирами и кроганскими командирами, почти не задавая прямых вопросов, ответы на которые действительно хотел получить.

Саларианское правительство уже рассматривало варианты союза с Доминионом. Клановая память не забыла, как республики азари втянулись в войну и постепенно присвоили себе право определять общую политику. Новый вид с сильным флотом, запасами нулевого элемента и опытом борьбы с рахни мог стать полезным противовесом.

Однако доверять новой державе никто не собирался. Среди дипломатов и учёных наверняка находились сотрудники разведки, хотя большинство действовало в допустимых рамках. Лишь одна женщина, обозначенная как Серая, начала собирать сведения о неофициальных причалах, поддельных кодах, контрабандных станциях и способах покинуть Цитадель без регистрации.

Она скрывала лицо под маской, не пользовалась транспортом посольства и работала через батарианских посредников. За два месяца вокруг неё появилась небольшая сеть из портовых служащих, хозяйки бара и нескольких перевозчиков. Преступной группировкой это ещё не являлось, но через год такая сеть могла скрывать людей, деньги и оборудование.

Доказательств принадлежности Серой к Доминиону не хватало для официального обвинения. Пропорции тела совпадали с айтерри, время появления соответствовало прибытию миссии, а биологические следы были близки к имеющимся образцам. Для внутреннего вывода этого хватало, но публичное задержание лишь заставило бы посольство сменить методы.

Тарека беспокоили ошибки женщины. Она была достаточно осторожна, чтобы уходить от камер, но несколько раз пользовалась одним посредником и однажды оставила биологический след в заведении, обслуживаемом саларианской компанией. Каждая ошибка выглядела случайной, однако вместе они словно приглашали разведку продолжать наблюдение.

Было решено вывезти Серую с Цитадели и получить живого специалиста без дипломатического скандала. Через её батарианского контакта передали сообщение о раскрытом посреднике, готовом продать список сотрудников порта, работающих на преступников. Захват поручили пиратам, которые должны были вывезти пленницу на грузовом корабле и передать её саларианской оперативной группе в пустой системе.

После передачи женщину ожидал закрытый допрос, а судно с исполнителями должно было исчезнуть вместе с экипажем. Жестокость операции никого не радовала, но разведка не могла позволить чужой сети укорениться в крупнейших портах. Серая подтвердила встречу подозрительно быстро, однако план уже был утверждён.

Женщина исчезла из камер грузового сектора, после чего батарианский корабль покинул станцию. Спустя несколько часов он изменил курс, появился у нелегальной грузовой станции «Предел Кхарона», а затем взорвался у причала. Взрыв вывел из строя диспетчерскую и заставил сто сорок три корабля немедленно покинуть систему.

Саларианская группа прибыла слишком поздно. Пираты погибли, останков пленницы не нашли, а записи станции оказались повреждены. Серая либо погибла, либо растворилась среди множества грузовых маршрутов, ведущих к разным ретрансляторам.

Только тогда Тарек понял настоящую цель её работы. Женщина не собиралась строить крупную сеть на Цитадели и не пыталась обмануть саларианское наблюдение. Она оставляла ровно столько следов, чтобы разведка сама организовала ей незарегистрированный вылет за пределы станции.

Келара Вейн, Инквизиция Доминиона

Очнулась я уже в грузовом отсеке, прикованная к палубе и с подавляющим обручем на шее. Батарианцы не пытались снять маску и почти не разговаривали, что окончательно подтвердило участие профессиональной разведки. Обычные пираты сначала выяснили бы ценность пленницы, а эти лишь проверяли крепления и каждые десять минут докладывали кому-то о состоянии груза.

Я позволила кораблю уйти достаточно далеко от Цитадели, прежде чем освободилась. Обруч был рассчитан на прямой контакт с кожей, а под маской и воротником оставался небольшой зазор, которого хватило для слабого импульса Дара. Первый охранник потерял сознание, второй не успел поднять тревогу, а остальные поняли происходящее только после блокировки переходов между отсеками.