При поддержке Республики Дом Нолорис можно было довольно быстро возвысить. Несколько выгодных торговых контрактов, доступ к азарийским культурным площадкам, совместные проекты и немного правильно направленной известности — и через несколько десятилетий малый Дом превратился бы в средний. После окончания войны с рахни, когда начался бы настоящий раздел освобождённых территорий, Нолорисы могли претендовать уже на статус Великого дома.

А я стала бы женой его главы или самого влиятельного отпрыска.

Правда, уговорить его на Объятия Вечности оказалось сложнее, чем я рассчитывала. Айтерри относились к близости гораздо серьёзнее большинства видов Цитадели, а Дециан вдобавок оказался неприлично романтичным. Простого влечения ему было недостаточно. Он хотел доверия, общих воспоминаний, обещаний и уверенности, что наши отношения продлятся если не всю жизнь, то хотя бы несколько десятилетий.

Пришлось действовать медленно.

Прикосновение за прикосновением. Взгляд за взглядом. Несколько прогулок, на которых я делала вид, что восхищаюсь каждым серебристым деревом в их искусственном парке. Посещение его спектаклей. Подвеска театра Аракеша, которую подарил Дециан, приходилось носить каждый день, хотя она совершенно не сочеталась с моей официальной одеждой. Несколько тщательно подобранных признаний о страхе одиночества и усталости от долгой жизни.

Он поверил во всё.

Теперь Дециан был влюблён в меня настолько, что стоило немного подтолкнуть — и он сам начинал строить планы на наше совместное будущее. Я видела это по его лицу, когда он смотрел на корабли Цитадели за прозрачным куполом. Он уже представлял, как я останусь в Доминионе, войду в его семью, стану посещать каждую премьеру и следующие сто лет буду слушать рассказы о его ролях.

Возможно, мне действительно придётся это делать.

Мы находились в его каюте после очередного представления. Дециан ещё не успел полностью смыть сценический грим, и тонкие серебряные линии оставались возле его глаз. Он говорил что-то о своём персонаже, о последней сцене и о том, почему финальная пауза должна была продолжаться на несколько секунд дольше, но я уже почти не слушала.

Время пришло.

Я приблизилась первой и поцеловала его. Дециан замер, как всегда происходило при неожиданном прикосновении, а затем обнял меня с такой осторожностью, словно боялся повредить. В нём было достаточно силы, чтобы одним движением сломать мне позвоночник, но даже во время поцелуя он контролировал каждое движение.

Я положила ладони ему на виски и приблизила свой лоб к его.

Его глаза на мгновение дрогнули. Даже сейчас он волновался сильнее, чем перед выходом на сцену. Я улыбнулась и позволила лицу принять именно то выражение, которое он хотел увидеть: нежность, лёгкий страх и полное доверие.

Наши лбы соприкоснулись.

Мир исчез.

Первые Объятия Вечности всегда поражали молодых азари. Они искренне верили, что разум партнёров раскрывается полностью и оба получают равный доступ к чужим чувствам и воспоминаниям. Это считалось чем-то священным: двое существ добровольно отказывались от всех границ и на несколько мгновений становились единым целым.

Глупость, которую рассказывают девам.

Равенство сохранялось только в первые сотни, может быть, тысячи слияний. Затем азари училась управлять потоком, создавать вокруг нужных воспоминаний защитные конструкции и показывать партнёру лишь то, что хотела показать. Достаточно было немного опыта, чтобы заставить неподготовленный разум увидеть любовь вместо равнодушия, искренность вместо расчёта и случайные образы вместо настоящих секретов.

Я практиковала разведывательные слияния почти сто пятьдесят лет.

За это время мне приходилось проникать в память батарианских чиновников, волусских банкиров, саларианских учёных и азарийских аристократок. Некоторые проходили специальную подготовку и всё равно не замечали вмешательства. Что мог противопоставить мне айтерри, которому не исполнилось даже ста лет и который впервые в жизни участвовал в слиянии?

Я раскрыла перед Децианом заранее подготовленные воспоминания.

Он увидел моё детство на прибрежном мире Республики. Почувствовал радость от первого выхода в открытый космос. Увидел, как я впервые вошла в зал его театра и якобы сразу заметила его среди остальных актёров. Я позволила ему ощутить удовольствие от наших прогулок, моё восхищение айтерри и надежду на долгое сотрудничество между нашими народами.

Показала ему прекрасное будущее, в котором азари и айтерри вместе направляют более молодые виды. Два народа, отмеченных биотикой, постепенно берут под контроль галактику и защищают её от тех, кто не способен самостоятельно увидеть правильный путь.

Дециан принимал всё без малейшего сопротивления.

Его радость прошла через слияние тёплой волной. Он поверил окончательно. Все сомнения, которые ещё могли оставаться, исчезли, и его разум открылся передо мной, как распахнутая дверь.